— А я, ваще-то, думаю, у него включились защитные механизмы психики, — заявил Мадж. — Када мой чувак дает кошачий концерт, лучший способ спастись — задрыхнуть.

— Спасибо за искренний панегирик, — сухо бросил Джон-Том.

Выдр ухмыльнулся:

— Завсегда пожалуйста, кореш.

— Подождем до темноты, — решил лейтенант.

— Понятное дело.

Мадж состроил серьезную мину и приблизился к Джон-Тому.

— Как думаешь, шеф, травогрыз нас не подставит? Можа, он объяснил, как пройти к казармам, а не к дамочкиному гнездышку?

Над этим следовало подумать.

— Вряд ли, — решил чаропевец. — Он наверняка учел, что кто-нибудь из нас может уцелеть и вернуться, чтобы перерезать ему горло. Манеры у него вкрадчивые, но не жульнические. Мне кажется, он был слишком испуган, чтобы строить коварные планы.

Мадж неохотно кивнул.

— Да уж, када у твоей глотки меч, умничать чей-то не тянет.

— В любом случае, мы будем осторожны.

Найк обернулся к солдатам.

— Ладно, чуваки, тада за дело.

И, ко всеобщему удивлению, Мадж первым направился к поместью.

В ту ночь луна была на ущербе, почти не светила. Несказанно радуясь этому обстоятельству, они бесшумно проползли по траве и взобрались на пустующую веранду. На великолепно отполированном дереве скользили ноги и лапы, зато простенький запор сразу поддался манипуляциям ловкого и опытного в таких делах Маджа.

— Слишком уж просто, — прошептал, на цыпочках продвигаясь по коридору, Джон-Том.

— Ты, кореш, подчас чересчур подозрителен. — Слева от него семенил выдр. — Можа, Манзай этот уверен, че его вполне защищает репутация отшельника. О приближении любой армии он узнаёт загодя и вполне успевает приготовить теплую встречу, а уж мелкие компании чокнутых дурачков, вроде нас с тобой, он небось и в расчет не берет.

Джон-Том, еле поспевая за мангустом и выдром, казался себе пьяным слоном в посудной лавке. Каждый скрип, каждый стон половицы раздавался, похоже, только по его вине.

— Сюда.

Найк жестом указал путь остальным.

Вскоре они очутились в описанной садовником трапезной. На расписных стенах рядами висели прекрасно подобранные произведения живописи и графики. Джон-Том, зачарованный особенно изящной акварелью — болотистый ландшафт на заре, — дождался от Маджа тычка в бок.

— Для головореза и похитителя людей, — прошептал Джон-Том, когда они перешли в другой коридор, — у этого Манзая весьма утонченный вкус.

— Он нам мошонки утончит, ежели ты его разбудишь своей болтовней, — упрекнул товарища Мадж.

И тут, словно вторя его предостережению, из темного конца коридора донесся тяжелый, сопровождаемый ворчанием топот. Кто-то огромный загородил путь незваным гостям. Цели этой он достиг с легкостью — достаточно было заполнить своей тушей весь проем.

Джон-Том испугался, что они ненароком привели в действие автоматические ворота или решетку. Но тут обладатель неразличимого во тьме силуэта сделал шаг вперед. Под его весом содрогнулся пол коридора.

Звездный свет очертил грандиозную фигуру серебром, и Джон-Том понял, что его метафора — слон в посудной лавке — применима не ко всякому представителю этого племени. Чего-чего, а неуклюжести в движениях здешнего бивненосца не было и в помине.

Ему понадобилось лишь мгновение, чтобы подняться на все четыре конечности. Внушительные бивни были остро заточены и снабжены стальными наконечниками. Череп и туловище защищены подогнанными вручную латами из кожи и стальных колец, тяжелые кожаные поножи прикрывали столбовидные ноги. Злобно сверкали глаза, чуткий хобот прощупывал воздух.

— Не узнаю ни облика вашего, ни запаха, — грозно проревел слон. — Недруги?

— Берегись! — выпалил, не подумав, Хек. — Он тревогу поднимет!

Слон откликнулся на это трубным хихиканьем.

— Да чего ради? Если я подниму тревогу, остальные охранники захотят разделить со мной удовольствие. Куда приятнее будет растоптать вас единолично.

Итак, предстояло обойти только одного стражника. «Но это кровожадный представитель семейства толстокожих, — уныло подумал Джон-Том, — так что и одного хватит с лихвой».

— Все назад! — завопил Найк.

Он выставил перед собою меч и, даже отступая, искал путь в обход громадного охранника.

Увы, этот путь отсутствовал. Слон перекрыл проем, его бока терлись о стены.

Монстр вытянул хобот и его кончиком сдвинул потайной рычаг. И дверь — та самая, которой Джон-Том все время боялся, — наконец сдалась. Створки выкатились на хорошо смазанных колесиках и оглушительно лязгнули... позади пришельцев.

Похоже, когда садовник говорил, что войти легко, а уйти — куда труднее, он не просто философствовал. Вот она, разгадка странной планировки усадьбы. Каждый коридор, соединенный с главным зданием, — потенциальная ловушка для непосвященных. Незваного гостя легко изолировать и прикончить, не подвергая опасности челядь и элегантный интерьер.