— Какие? — Пиввера взглянула на нее в упор.

— Упертые. Разве они умеют думать о чем-нибудь, кроме?..

— Кроме чего?

Пиввера не собиралась отпускать ее за здорово живешь.

— Кроме рыбы. Только о ней и говорят! Разновидности рыбы, блюда из рыбы, ловля рыбы. Более того: от Маджа пахнет рыбой. Он помешался на рыбе!

— Да неужели? — Пиввера недобро ухмыльнулась. — Что ж, дорогая Ансибетта, не буду спорить. Человеческая наблюдательность никогда не перестанет меня восхищать.

— Просто мне кажется, это так очевидно, — прошептала Ансибетта.

— О, несомненно, — согласилась Пиввера.

— Лейтенант?

Пауко стоял на баке, разглядывал берег.

К нему подошел Найк:

— Что-нибудь видишь, солдат?

— Вижу сияние, командир. Но не близко. На порядочном расстоянии, за рифом. — Пауко напряг великолепное зрение. — И оно почему-то кажется знакомым.

Покрытое хитином насекомовидное существо, что сгустилось в пульсирующем облаке, успело оглядеться по сторонам и выкрикнуть на своем языке эквивалент земного «О, черт!». После чего шлепнулось в море. Оно бы, пожалуй, даже заморгало от растерянности, если бы природа снабдила его веками.

Жук неистово бил по воде конечностями и шарил в поисках аппаратуры, дивясь легкости, с каковой он опять дал маху. Вероятно, он сурово обошелся с собой. Программировать телепортацию между измерениями — дело очень сложное, это не вокруг квартала объехать.

Он уже был готов проститься с жизнью, как вдруг чей-то широкий, гладкий, упругий лоб вынес его на поверхность и швырнул в воздух. Отплевываясь и кашляя, жук закрутил многократное сальто и шмякнулся на голову другого исполина. Так он и перескакивал от кита к киту, и каждый полет был настолько молниеносен, что хитиновые конечности не успевали набрать на пульте необходимый для возвращения в родную реальность код. Болезненные возгласы и возмущенное шипение пришельца стихли вдали — морские великаны были полны решимости охранять судно от любых посягательств.

— И что вы об этом думаете?

Найк подошел к глядящим на море принцессам.

— По-моему, это тот самый незнакомец, который уже пытался помешать чаропевцу, — отзвалась Алеукауна. — Может быть, он тоже волшебник? Наверное, очень неловкий или малоопытный.

— Интересно, чего он добивается?

— Ума не приложу. — Над ними навис могучий торс Умаджи. — Но я рада, что он ускакал. Всякий раз, когда он появляется, я дрожу.

— И я.

У Сешенше дергались кисточки на ушах.

Ансибетта рассеянно смахнула со лба растрепанные ветром локоны.

— Раз уж речь зашла о чаропевце... вот бы узнать, чем он сейчас занимается.

Пиввера фыркнула и повернулась к хмурой горе.

— Надеюсь, он скоро вернется, а с ним и это развратное, хвастливое и трусливое ничтожество.

Алеукауна ухмыльнулась:

— Стоит ли так волноваться о судьбе молодца с пером на шляпе?

— Не стоит, — ответила Пиввера с холодком, как и надлежит принцессе. — Я только одного хочу — поскорее вернуться домой.

— Брось юлить! Он тебе нравится. Признайся.

— Нравится? Что за чушь? Я слишком хорошо знаю его породу.

— Это все увертки, — безжалостно дразнила ее мангуста.

Пиввера больше не могла сдерживать раздражение.

— Да, он болтун, каких поискать, но, в отличие от многих болтунов, имеет кое-какой опыт. Мадж много путешествовал, посещал дальние края, у него были умопомрачительные приключения. Придворные хлыщи, которые приударяли за мной, в подметки ему не годятся. Их жизнь — сплошная тоска и бессмыслица. Нет, что бы вы ни говорили, спутник он интересный, хоть и не обучен манерам.

— Мадж?

Горилла хихикнула.

— В нем что-то есть, — упорствовала Пиввера. — Какая-то аура. Энергия.

— Это называется похотью, — игриво подсказала Сешенше.

Пиввера задумчиво помолчала.

— Конечно, не может быть и речи о том, чтобы дать ему хоть крупицу власти. Но взять во дворец — почему бы и нет. Он забавный.

— Однако остается неприятный нюанс: он уже женат, — вкрадчиво проговорила Квиквелла.

— Неприятный, но устранимый! — парировала выдра. — Ты столько дней путешествовала вместе с ним, слушала его разглагольствования; неужели не поняла, что он предпочтет, если поставить вопрос ребром? Бессмысленное, беспросветное прозябание в норе на речном берегу или жизнь уважаемого консорта в королевских палатах? На должности, не требующей ни ответственности, ни труда? — На ее морде заиграла улыбка. — Кроме разве что заботы обо мне. — И резко повернулась к оторопевшему Найку: — Лейтенант, сами бы вы что выбрали?

— Я? — Найк напустил на себя чинный вид. — Ваше высочество, я никогда не попадал в ситуации, требующие осмысления подобной альтернативы.

Он старательно прятал глаза от принцессы Алеукауны, а та смотрела на него с живейшим интересом.

Пиввера раздосадованно щелкнула пальцами.

— Я знаю таких, как Мадж. Что-что, а стареющие супружеские узы его не остановят.

Но Квиквелла была не из тех, кто легко проигрывает.

— Мало того, что он женат, он еще и намного старше тебя.