— Проклятье на их головы, они снова пришли по мою душу, — слабо простонал Кулб и, возвысив дрожащий голос, сказал: — Оставьте меня в покое. Почему бы вам не пить соки из кого-нибудь другого? Я ни в чем не виновен!

— Непогрешимых нет, виновны все, — ответствовал замогильный глас. — Мы не могли бы покинуть вас, даже если б пожелали. Мы ведем ваше дело... ведем ваше дело... ведем ваше дело... — эхом раскатилось по комнате.

Джон-Том не отступил ни на шаг. В наполнившем спальню бледном туманном сиянии начали формироваться силуэты, совсем не похожие на те, к встрече с которыми он приготовился. Это были очертания слов, неторопливо плавающие туда-сюда. Черные буквы свивались клубками змей и скорпионов, плясали и кувыркались, смыкаясь над постелью беспомощного старика.

Сила загадочных слов отодвинула Джон-Тома в сторону, а бедолага Кулб ушел поглубже в подушки. Слова не пытались навредить человеку — просто отшвырнули его на несколько шагов, будто пушинку.

Затем слова вспыхнули и сгустились, явив взору те самые фигуры, которые описывала Амальма. Они по двое и по трое собирались в изголовье кровати и на одеялах — крохотные безличные людишки дюйма четыре ростом. Неотличимые друг от друга невозмутимые демоны с каменными выражениями на лицах пристально глядели на кинкаджу. На каждом был серый в елочку костюм-тройка, такой же серый галстук и ботинки. Теперь появились и лица, и Джон-Том заметил, что глаза у них тоже серые, под цвет костюмов. У половины демонов имелись серые портфели величиной со спичечный коробок.

— Вы не подали документы в срок, — мрачно объявил один.

— Но я же говорил, — заскулил Кулб, — что не знаю ни о документах, ни о том, как их подавать.

— Это несущественно, — сказал другой демон.

— Незнание не освобождает от ответственности, — твердил третий.

— Мы рассмотрели то, что вы сдали. — Первый демон открыл свой портфельчик и многозначительно оглядел его содержимое. — Вы не подписали формуляр 1933-АБ.

— Пожалуйста, умоляю, я не знаю, что такое формуляр 1933-АБ.

Демон пропустил мольбу мимо ушей и безжалостно продолжал:

— В строке четвертой подпункта Н формуляра 5550 допущена ошибка.

Кинкаджу застонал.

— Ваше решение на сокращение за номером 140 подано не в надлежащем порядке.

Кувир Кулб с головой ушел под одеяло и заскулил. В тот же миг Джон-Том заметил, что каждый демон имеет раздвоенный хвост, выпущенный на волю через отверстие в безупречно отглаженных брюках. Кончики хвостов были испачканы чем-то темным — вероятно, чернилами.

— Имеются погрешности в анкете 440, не согласующейся с текущими данными.

Из открытого портфеля вылетели крохотные строки машинописного текста и впились в Кулба, будто множество шприцов. Он взвыл.

— Эй, погодите-ка!

Джон-Том выступил вперед и вгляделся в крохотные фигурки. Просто невероятно, что столь миниатюрные существа могут причинять кинкаджу такие муки. Дюжина личиков обернулась, и могущество этих пустых глаз заставило человека застыть на месте.

— Не вмешивайтесь, — сказал один из демонов, по-видимо-му, руководитель. — Вы не можете помочь. Никто не может помочь. Он запустил документацию и должен подвергнуться взысканию.

— Подвергнуться взысканию, — откликнулся хор демонов с бескровными лицами.

— А если вдуматься, — продолжал руководитель, — вы-то сами представили документы?

Джон-Том, запнувшись, попятился, ощутив удар исполинского невидимого кулака по животу. Дыхание вырывалось из груди короткими болезненными всхлипами. Перестраховщик бросился на помощь, но он сделал еноту знак не вмешиваться.

— Не надо, я в порядке. — Юноша горящим взором уставился на демона. — Вы все еще не объяснили, за что истязаете бедного Кувира Кулба.

— Это вовсе не так. Он не подал документы. Всех провинившихся навещают представители МИКД — Межпространственного Исполнительного Комитета Духов, — то есть мы.

Каждому его слову с беспредельной почтительностью вторил хор демонов.

— Но он не знает, как подавать документы. Дьявол, ему и не положено подавать документы.

— Дьявол говорит иначе. Все должны подать документы. Таковы требования. Таков Закон.

— Только не здесь. Вы, ребята, избрали не только не того субъекта, но и не тот мир.

— Мы избрали нужный мир. Мы не можем избрать не тот мир. Мы непогрешимы. Нас всегда посылают куда надо. Он не подал документы и должен заплатить.

— Как он может, по-вашему, подчиняться правилам и постановлениям, о которых не знает ровным счетом ничего?

— Невежество — не оправдание, — речитативом скандировала шеренга демонов в изголовье. — Ревизия выявила пробелы в его отчетности, и ныне он призван исправить недочеты. Он должен заплатить.

— Ладно. — Джон-Том взялся за кошелек. — Сколько он задолжал? У меня есть золото.