Николас опустился возле старика на ягодицы. Взгляд его перебегал с лица старика на яблоко в его руках. Старик казался слегка взволнованным. Глаза его раскрылись, в них заплясали огоньки, очень похожие на те, что появляются в глазах безумцев. Таким Николас видел старика редко, только в минуты озарений, поэтому быстро понял, что то, чем хочет поделиться с ним старик очень важно.

Старик покрутил яблоко в руках, словно примеряясь с какой стороны лучше вонзить в него зубы, после чего поднес яблоко к глазам и замер.

– Вот эта шкурка, - старик постучал указательным пальцем по яблоку, - как наша кожа, наша физическая оболочка, она ценна, так как защищает то, что находится внутри, но то, что находится внутри - намного ценнее, чем то, что находится снаружи, - старик ухватился двумя руками за яблоко, напряг мышцы и разломал яблоко пополам.
– То, что находится внутри - это первооснова всего, это то, что рождает жизнь, то, без чего жизнь невозможна. Вот эта мякоть, - старик провел пальцем по белой мякоти яблока, - это наши мышцы, ткани, они также защищают то, что находится внутри, то, что находится еще глубже, скрыто от глаз под кожей и мышцами. А вот и суть всего, первоисточник, из которого рождается жизнь, - старик достал из яблока яблочное семя и сжал его двумя пальцами, большим и указательным. Положив яблоко на землю, он продолжил:

– Вот из-за чего весь сыр-бор. Вот, что скрывается от посторонних глаз. Вот где скрывается сердце яблока, которое его питает и дает ему жизненные силы. Вот что такое человеческое сердце, которое питает человека и дает ему силы справиться со всеми жизненными трудностями, будь это поиск счастья или болезнь. Но это еще не все, - старик разломал семя и положил на ладонь белую кашицу.
– Вот. Это и есть истина, которую должен узнать мир. То, что скрывается внутри яблочного семени, как и внутри человеческого сердца, и есть те силы, о которых я говорил, силы, благодаря которым можно излечиться от болезни, стать пророком или даже богом. И что не менее важно, именно эти силы соединяют нас с матушкой-природой, через них мы получаем от нее помощь и поддержку, подпитываемся ее энергией.

– Но что это за силы, учитель?
– Николас казался растерянным.
– Я никак не могу понять, о каких силах вы говорите? Как узнать их?

– Тебе трудно понять, так как эти силы невидимы. Их нельзя увидеть, как эту кашицу на моей ладони, их можно только почувствовать, но чтобы их почувствовать, надо жить сердцем. Видишь, все в этом чудесном мире упирается в жизнь сердцем, в истоки, соединяющие нас с матушкой-природой. Мне легко понять то, о чем я говорю, так как я живу сердцем, чувства раскрыли передо мной мир, о существовании которого я раньше и не догадывался. Поэтому не почувствовав ты не сможешь понять то, о чем я говорю, но сейчас это неважно. Главное, что ты знаешь о том, что внутри нас дремлют силы, способные исцелять, вдохновлять, направлять. Когда-нибудь ты поймешь, о чем я говорю, сейчас же тебе достаточно просто знать, - старик лег на траву и закрыл глаза.
– Сейчас я хочу немного поспать, мой друг. Сон - это то лекарство, которое сейчас мне необходимо больше всего. Немного посплю, и пойдем дальше.

Николас смотрел на старика и думал о том, что тот ему сказал. Он действительно не понимал, о каких внутренних силах говорил ему старик. Может старик все же прав, говоря, что всему свое время и когда-нибудь он обязательно обо всем узнает.

Николас поднял с земли половинку яблока и принялся за ее изучение. Шкурка, мякоть, семя. Достав из яблока семя, он поднес его к глазам и принялся рассматривать. Совсем обычное, ничем не примечательное, коричневое, каплевидное. Таких семян он видел тысячи за свою жизнь. Николас вспомнил, что кто-то ему рассказывал, что мыши, чтобы добраться до семян, прогрызают в яблоке дырку. Они не едят яблоко, но стремятся съесть его семя, так как оно очень полезное, - Николас разломал семя и высыпал его содержимое на ладонь, затем поднес ладонь ко рту и слизнул кашицу языком.

– Горькое, -подумал Николас, чувствуя горечь на языке и добавил тихо вслух, так, чтобы не потревожить сон старика.
– Забавно. Мыши не хотят есть сладкую мякоть яблока, но стремятся съесть его горькие семена, стремятся добраться до того, что как говорит учитель, сокрыто от посторонних глаз. Интересно, а что же делает человек? В отличии от мышей он с удовольствием поедает сладкую яблочную плоть, но не обращает внимания на горькие яблочные семена. О чем это говорит? Что бы сказал по этому поводу учитель?
– Николас задумался. Взгляд его перебегал с яблочной мякоти на яблочное семя, с яблочного семени на яблочную мякоть.
– Мда, - пробормотал он разочаровано.
– В размышлениях я не так силен, как учитель. И все же это должно что-то означать. Почему глупые мыши стремятся добраться до семени, а умный человек игнорирует его, довольствуясь мякотью? Учитель наверняка пришел бы к какому-то ответу. Надо будет спросить у него, когда он проснется, - Николас поднялся на ноги и вернулся к тому месту, где оставил журнал. Пока старик спит, он может почитать.
– И все же, как учитель приходит к этим своим истинам?
– пробормотал Николас, усаживаясь на землю и беря в руки журнал.
– Почему у меня это не получается? Может из-за того, что я не готов к этому? Забавно, однако.

Старик проспал несколько часов. Когда же он проснулся, то почувствовал себя значительно лучше. Как всегда сон для него оказался тем лекарством, которое было способно снова поставить его на ноги. Старик поднялся с земли и улыбнулся, увидев недалеко от себя спящего Николаса.

– Неужто это я так утомил его своими истинами?– подумал старик.

Он снова улыбнулся, затем подошел к реке и умылся.

– Теперь, и правда, чувствую себя намного лучше, - сказал он, разглядывая свое отражение в воде.
– Никто не способен вернуть человеку жизненные силы, никто кроме него самого и матушки-природы... Неплохо было бы тебе, мой друг, расчесать бороду, а не то этот дремучий лес скоро станет непроходимым, - старик хихикнул и коснулся рукой отражения длинной бороды в реке. Круги побежали по воде, едва его рука погрузилась в воду.
– И помыться тебе было бы неплохо, - сказал старик, учуяв запах пота, исходящий от тела.
– Последний раз ты мылся у Николаса дома, а это было давненько. Любить себя - значит любить и свое тело, а любит ли человек свое тело, если содержит его в грязи? Другое дело, если негде помыться, но тебе-то есть где, - старик взглянул на реку перед собой.
– Так что, давай, снимай с себя тряпье и шагом марш в воду омывать свои стариковские телеса. Держишь в чистоте нутро, изволь держать в чистоте и тело.

Старик сбросил с себя одежду и ступил в воду. Несмотря на то, что солнце стояло высоко и хорошо прогревало воздух, вода была холодной. На какой-то миг разум старика засомневался в целесообразности омовения, но старик быстро справился с сомнениями, отошел дальше от берега и погрузился в воду по шею. Холодная речная вода огнем обожгла тело, но старик не испугался холода. Губы его тронула довольная и гордая улыбка - он снова победил трусливый разум. Теперь ему это удавалось делать намного чаще. За последние месяцы старик научился контролировать разум, и хотя тот все же время от времени пытался бунтовать, пробуждал к жизни страхи, сомнения, лень, старик все равно выходил победителем из противостояния с разумом. Тому ничего не оставалось, как смириться с поражением и лелеять надежды на то, что в следующий раз ему удастся победить. Но наступал следующий раз, и разум снова оказывался повержен стариковским сердцем, которое с каждой новой победой становилось все сильнее и сильнее.