– С чего ты взял, - отмахнулся Тирайн. – Об этой войне говорят мало не пять лет, а воз и ныне там. Отец писал, что…

– Ты, кстати, домой-то поедешь? – перебил его Кервин. – А то нам по пути.

– Тебе-то туда зачем? – удивился Тирайн.

– Там... – он смутился на минуту. – В общем, экспедиция туда готовится. То есть не совсем туда, это дальнее плавание. На год, наверное. От наших двоих посылают, от воздушников…

– Тоже двоих, - быстро добавил Саадан.

– Одного, - поправил Кервин.

– Двоих, Кер, - улыбнулся Саадан. – Это вы просто не знаете. Впрочем, я тебе этого не говорил.

– Ну, ладно, - покладисто согласился тот. – Неважно, в целом. Ну, вот… если все хорошо будет, то по возвращении ожидает меня… - он запнулся.

– … богатство несказанное, - поддразнила его Тала и засмеялась.

– А я еду на Восток, - вступил Тирайн. – Не сейчас, правда, пока еще готовимся. Там рудное месторождение новое открыли, вот… требуют Земного мага.

– Все разъезжаемся, - огорчился Кервин.

– Что поделать, - вздохнул Саадан. – И, кстати, не все. Я пока здесь остаюсь, в столице.

– Тала, а ты? – взглянул на нее Тирайн.

– Пока не знаю, - неохотно отозвалась девушка. – Меня в Университет зовут…

– И…?

– Не знаю. Не хочу, по правде говоря. А еще есть вариант – боевой патруль в Приграничье. Вот туда хочу… наверное, соглашусь.

– А надо ли? – с сомнением проговорил Тирайн. – Опасно же. Может, лучше Университет?

Саадан улыбнулся про себя, словно знал заранее ее ответ.

Девушка фыркнула.

– Нужны мне эти учебные крысы! А опасность – плевать я хотела! – она тряхнула косами. – Поеду.

На землю опускался закат, и они улыбались, глядя друг на друга. Мягкая усталость уже кружила голову, чуть звенело в ушах от выпитого вина. Дыхание близкого лета было уже явственным; в воздухе разливался аромат сирени из букета Талы – душистыми лиловыми и белыми соцветиями было усыпано в этом году все. Так и запомнилось это Тале – вечерние сумерки, легкий запах сирени, дыхание сидящих рядом, чуть ощутимая горечь на дне бокала.

Потом они, как обычно, разожгли костер. Стемнело. Четверо притихли, глядя в огонь. Тала ворошила рдеющие угли, ловила юрких огненных ящериц на забаву друзьям.

– А ведь это на всю жизнь, - внезапно, без всякой связи, сказал Тирайн. – Это – теперь – навсегда. Стихии. Сила. Представляете, как здорово?

– Кому как, - отозвалась вдруг Тала. – Это вам хорошо, а я…

– А что – ты?

– А то вы не помните. Женщины после родов, бывает, пустыми становятся. Детям Силу отдают, а дальше – все…

– Не факт, - тут же отозвался Саадан. – Не всегда.

– Понятно, не всегда, но где гарантия?

– Н-ну… Судьба твоя такая, что ж делать. Впрочем, гарантия есть…

– Какая, интересно? – заинтересовались остальные.

– Детей не рожать, - очень серьезно ответил он.

Тала поежилась.

– Иди ты… с такими предложениями. Ну, я подумаю, в общем.

– Да, время еще есть, - легко согласился Саадан.

Они захохотали.

Тирайн подбросил в огонь хвороста.

– Скоро прогорит…

– Еще надо набрать…

– По темноте-то?

– По-моему, скоро светать начнет… - Тала подняла голову. – Нынче ночи – на три часа.

– Кстати, Саа, - спросил Кервин, - что вчера наши с вашими не поделили?

– Я откуда знаю, - отчужденно отозвался Саадан, ломая сухие ветки. – Они ученикам не докладываются…

– Знаешь, я на испытании сегодня… вопрос был – противодействие Воздушному магу и методы его нейтрализации. Там один из ваших был… на тебя слегка похож, Саа. Я как против него встал, прямо ноги подкосились – показалось вдруг, что против тебя выхожу.

– Вот еще глупости… Ну и что?

– Саа… А ты ведь знаешь, Гильдии не всегда решают дела миром. То есть стараются, конечно, но… всякое бывает. Вот представь, если правда: ты и я. Что тогда?

– Или я – и ты? – прошептал Тирайн, глядя на Кервина.

На мгновение повисла тишина.

– Или я – и вы, - очень жестко и устало добавила девушка. – Потому что приказ. Потому что присяга. Потому что так надо. Потому что Стихии. И – что тогда?

Они молча смотрели друг на друга.

Саадан с хрустом переломил очередную ветку, бросил в огонь.