На короткий стук в дверь изнутри раздалось негромкое:

– Открыто.

Коротко выдохнув, Тирайн шагнул через порог.

Он поднялся ему навстречу из-за стола и встал спиной против света, этот высокий светловолосый человек в темной одежде. Поэтому Тирайн не смог сразу разглядеть его – солнце било в запыленное окно. И он остановился посреди комнаты, растерявшись – потому что не знал, ни что сказать, ни как сказать.

А человек шагнул к нему. И негромко и просто проговорил:

– Здравствуй…

Они обнялись и какую-то долю секунды стояли так, не разжимая объятий. А когда Саадан отстранился и так же негромко выдохнул «Тир…», у Тирайна вырвалось:

– Прежний…

– Нет, Тир, - усмехнулся Саадан. И добавил, помедлив: – А ты… почти прежний.

Они расцепили сжатые ладони и какое-то время молча смотрели друг на друга. Потом Саадан кивнул на придвинутые к столу простые стулья с деревянными спинками:

– Садись уже…

Это был сон, это не могло быть правдой. В окно снаружи било солнце, гвалтливо орали на улице воробьи. Это сон. Они не верили, не верили, не верили – в то, что мертв тот, кто не мог быть мертвым, не должен был погибнуть! А вот теперь он вернулся – и в это опять не верится. Совсем.

Потому что тот, кто сидел перед ним, прежним Сааданом быть не мог никогда.

И дело даже не в том, что он изменился внешне, дело в том, какон изменился. Светлое, улыбчивое прежде лицо стало жестким и спокойным, и таким же спокойным и холодным стал взгляд серых – как сталь, а прежде они были серебряными – глаз. И улыбка стала скупой, и волосы выцвели, словно их пеплом присыпали. Только в улыбке этой порой мелькало что-то прежнее.

– Ты позвал меня, - сказал Тирайн. – Я приехал.

– Спасибо.

– Я не мог не приехать.

Опять молчание. Их разговор изобиловал паузами, отчуждением, молчанием… таким непривычным, не нужным прежде молчанием.

– Вина? – Саадан поднялся – так же легко и стремительно, как раньше, поставил на стол два бокала. Вино было золотисто-медовым, тягучим… и легким, словно глоток солнца. Того, прежнего, солнца. И это оставалось единственным, что связывало их – теперь.

– Как Тала? – спросил Саадан спокойно, пригубив из бокала.

И Тирайн увидел, что спокойствие это не показное, не внешнее. Все прошло. Сгорело, развеялось золой по ветру. И можно говорить без утайки. И так же спокойно он ответил:

– С ней все в порядке.

– Вы поженились?

– Да, - только на одно мгновение запнулся он, а потом договорил: - Мы думали, что ты погиб.

– Я знаю, - кивнул Саадан.

– У нас сын, - и легкое ласковое облачко скользнуло по его лицу.

– Большой уже?

– Полтора года…

– Молодцы. Поздравляю.

– Спасибо.

– А Кервин? Он… точно погиб?

– Да. Он похоронен в Ледене.

Падали, падали эти ничего не значащие, скупые слова, но что же еще им можно было сказать друг другу?

– Тир, я не за тем позвал тебя, чтобы вспоминать прошлое, - сказал, наконец, Саадан. – Я предпочел бы вообще никогда не возникать в вашей жизни, чтобы не… - теперь уже он запнулся на миг, - чтобы не тревожить вас. Но у меня дело к тебе, Тир. Серьезное дело.

– Говори.

«Зачем мы так, Саа, зачем? Встретились – и словно чужие. Я виноват перед тобой, но, Силы Великие, эта вина останется со мной до конца жизни…»

– Тир, - Саадан переплел и сжал длинные пальцы, чуть вздохнул. – У меня просьба.

– Говори.

Пауза.

– Тир. Отдай мне свой Камень.

– Зачем?!
– изумился Тирайн.

– Он нужен мне. Очень нужен, поверь. Я не могу сказать сейчас, это долго объяснять, но… просто поверь. Потом я все расскажу.

– Саа… - Тирайн – растерянный, ошеломленный - пытался подобрать слова и не мог. – Ты что? Ты… понимаешь, о чем просишь?

– Понимаю, Тир. Если б не понимал – не стал бы просить. Но прошу. Отдай. Он очень нужен мне.

– Зачем? – повторил Тирайн.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга.

– Зачем? – спросил Тирайн снова, тихо, но твердо.

– Для работы. Мне нужно закончить работу.

– Для работы у тебя есть твой.

– Мне нужен еще один. Очень нужен.

– А Камень Кервина? Он ведь у тебя?

– Да, но мне нужен именно твой. Как раз для того, чтобы… - Саадан споткнулся на мгновение, - чтобы подчинить Стихию.

– Почему – подчинить, Саа? – непонимающе и удивленно спросил Тирайн. – Не подчинить, ты же помнишь, что…