Утром, после лёгкого завтрака, мы оседлали и навьючили наш мини табун. Я выбрал себе самую спокойную на вид кобылку, надеясь, что она не доставит мне никаких неприятностей. Надежды эти оправдались лишь отчасти. Лошадь двигалась плавно, не взбрыкивала, не останавливалась, чтобы пожевать придорожную травку, но, тем не менее, к полудню я уже не чувствовал свою пятую точку, да и спина давала о себе знать. Вот она– нехватка опыта верховой езды. Даже на Пепельном демоне ощущается неудобство. А что если начнётся погоня, и спокойная лошадка превратиться в стремительную серую тень? Как бы мне из седла не вылететь…

Вопреки моим ожиданиям, вполне пристойно держались в сёдлах и Фейт с Фриолем. Насчёт эльфа понятно– вряд ли найдётся животное, которое он не смог бы оседлать. И неважно на скольких лапах оно бегает– четырёх, шести или вообще восьми. Такой, небось, и дракона оседлает! Правда только молодого, у которого шипы на спине и шее ещё не отросли. Кошкопацан же меня приятно удивил– ехал на своём коньке уверенно, иногда даже пуская его в галоп, отрываясь от основного отряда метров на пятьдесят. Пока всё было спокойно, я не считал нужным его одёргивать– пусть порадуется.

Валдемар восседал на выбранном жеребце, как настоящий аристократ– выпрямив спину и гордо вздёрнув нос. Правда, внешним видом животного он был категорически недоволен. В его представлении приличный конь должен быть высоким, тонконогим и строго белого или чёрного цвета. Впрочем, после вчерашнего разноса, высказывать мне какие либо претензии он не решался.

– Ну, как тебе?– Спросил я, поравнявшись с Тином.

– Хорошие животные.– Грустно отозвался он, ласково погладив роскошную гриву своего коня.

– Всё по хиданну тоскуешь?

– И не только. Знаешь, Зен,– он продолжал звать меня так по старой привычке,– ведь до того, как я покинул Восточный Континент, я и не подозревал, что там столько людей, по которым я буду скучать.

– Неужели? А что насчёт того, что путь Воина в Красном– это путь одиночества?

– И, тем не менее, у любого, даже у Воина в Красном есть прошлое. Всё-таки моя мать многое дала мне, но я понял это, уже только когда охотился в джунглях. А я ведь даже не поблагодарил её, не послал весточки, что изменился и что со мной всё в порядке.

– Ты ведь рассказывал, что она одна из Мудрейших?

– Ну, что-то в этом роде.

– Значит, она и так всё знает и понимает.

– Вполне возможно,– согласно кивнул Тин,– только вот подобные вещи принято сообщать лично, понимаешь? Это как незаконченное дело.

– Планируешь вернуться обратно?– Прямо спросил я.

– Нет.– Покачал головой рейнджер.– Во всяком случае, не в ближайшее время. Когда-нибудь, возможно…

– Так, а кроме матери, ты ещё по кому-нибудь скучаешь,– сменил тему я.

– Ну… была одна девушка…– заметно покраснев, признался Тин.– Мы встретились за день до того как я нагнал тебя у пещеры Сяо. Она… подарила мне много прекрасных мгновений.

– Была твоей первой,– понимающе кивнул я.– Да, обычно первый раз не забывается.

– Не могу сказать, что влюбился в ту девушку, но она была мне симпатична, и даже не боялась меня!

– Да, для парня с твоей репутацией, это весьма немаловажная деталь. С ней бы ты тоже хотел встретиться снова?

– Не знаю,– пожал плечами Тин.– Как счастливое воспоминание она мне дороже.

– Очень в духе вашего менталитета,– констатировал я.

– А ещё там остался… не друг, даже не приятель, а просто приятный собеседник– Слепой Ку. С ним было очень интересно общаться, он меня почти понимал. Только вот по нашим с ним беседам я практически не скучаю.

– Почему?

– Среди рейнджеров много интересных людей: Глава Паккард, Токер, Вибло…

– Вибло? Здоровенный, заросший как последний орангутанг Вибло?– Удивился я.

– Да! Он рассказывает интересные истории! Правда, половину из того, что он говорит, я не понимаю…

– Попробую угадать: всякие там 'якорь те в пасть' и 'веслом поперёк хребтины'?

– И многое другое.– Подтвердил Тин.– Знаешь… а я ведь так тебя толком и не отблагодарил. Ты сделал для меня не меньше чем мать или Сяо. Если не больше.

Я задумчиво посмотрел на едущего рядом воина. Пока он жил среди рейнджеров, был слишком занят– Паккард новичкам спуску не давал, будь они хоть трижды мастерами боя на мечах. А тут, наконец, появилась возможность.