– Мне хотят любовь к танцам привить, - Димка от души расхохотался, за что я ткнула кулаком в район пресса.

– Да ладно, Лесь! Смешно же! Я как вспомню, как мы тебя по очереди учили, - он засмеялся с новыми силами.
– А кто меня так не любит, что решил тебя в ученицы подарить?

– Все так плохо?
– поинтересовался Петька. А я про него и забыла. Я их представила. И Димка ответил:

– Безнадежно. Мы с парнями всё перепробовали. Ей не дано.

Я воспряла духом.

– Вот видишь, - обратилась к Пете.
– А ты не верил. А тут тебе профи говорит.

– Мда, - протянул Петька.
– Значит поехали.

– Куда?
– удивилась я.
– Ты же в зал хотел.

– Не будешь же ты меня ждать.

– Я с тобой пойду. Я на велотренажер хочу.

– Серьезно?
– воодушевился Петька.

– Ну да, велосипеды я люблю. Это не танцевать.

Димка, слушавший наш разговор, опять засмеялся.

– Ладно, мне пора, начало вот-вот, - он обнял меня.
– Ты бы хоть появилась, а то забыл, когда виделись. Приходи к нам на репетицию.

– Угу, - согласилась я, и подтолкнула Петьку к выходу, пока он не передумал.

Нинка явилась домой поздно и пробиралась в комнату тихо. Партизаним? А я вот тут жду...на кухне без света. Потому что спать, не выпив чайку, это не про нас. И вот, тихой сапой эта предательница пробирается, свет включает, а тут я.

– Чайник поставить?
– предложила я, сверля её взглядом.

– А...
– Нинка растерялась.
– Я сама.

– Ну, ставь. Попьем чай, поговорим, - я не скрывала угрозы в голосе. Хотя, после спортзала и насыщенного дня уже хотелось только спать. Но разговор с Нинкой был нужен. Если она решит, что я нормально её выходку приняла, то и не такое устроит. А мне не надо, чтобы за меня решали, что для меня лучше.

Пока Нинка готовила нам обеим чай, я даже задремала, прижавшись спиной к стене. И от Нинкиного голоса вздрогнула.

– Что?
– сонно заморгала я.

– Я говорю, ты, может, спать пойдешь? Завтра пообщаемся.

– Нет. От разговора ты не отвертишься, - я сделала глоток чая.
– Нина, ты сильно не права была, когда все это устроила.

– Олесь, вам ведь надо было поговорить, - Нинка смотрела на меня открыто, явно увереная в своей правоте.
– Ты бы сама не решилась.

– Это ты сама придумывала? Долго? Или Эл тебя просветил, что для меня лучше?

Подружка слегка покраснела. Ого! Я про Эльмира наобум сказала, чтобы её позлить, и угадала!

– Олесь, - Нинка поморщилась от моих слов.
– Я ведь хотела как лучше! Ты от него вечно бегаешь! А он тебе подходит больше Петьки.

– Нин, есть вещи, которые каждый должен сам для себя решать. И это был именно тот случай. Личная жизнь, она потому и личная.

Невольно вспомнила слова Петьки о манипуляциях. Ух, Эл, гад! Он уже и Нинку на свою сторону переманил! Вспомнила, как он в телефон голос подавал, когда я с Артемом разговаривала. Да уж, он идет к своим целям, ничем не гнушаясь. Ему я ещё припомню, а Нинку надо сейчас просветить, что да как.

А она сидит, и молчит. Губу только закусила, значит точно уверена, что я сейчас дурю, но спорить не хочет, сдерживается. Было бы стыдно - покраснела бы как помидор.

Ну, ничего, я тебе сейчас напомню кое что...

– Нина, - я начала злиться.
– Кто мне больше подходит, я решу сама. А благими намерениями дорога сама знаешь, куда вымощена. Я не лезла в твои отношения с Игорем, хотя он мне и не нравился. И не пыталась тебе других кавалеров подыскивать.

– Может, лучше бы было, если бы влезла, - помрачнела Нинка и уткнулась в свою чашку.

– А ты бы меня послушала?
– я разглядывала её поникшую фигуру. Зря я, наверно, так жестоко. Но по-другому она не поймет. Я уже сталкивалась с её хорошими намерениями. У неё порой гиперопекательные инстинкты, потому к ней Игорь и прицепился. С ней удобно было - она всегда все стерпит, всегда поймет, и обо всем позаботится. Но Игорь пользовался этим к своей выгоде, а со мной все срабатывает наоборот. Всегда не в тему, и мне только хуже, в конечном итоге.