– Он все-таки сделал это, - Андрей метался по комнате.
– Ему и тут надо было отличиться. Ему что, нечем заняться с этой твоей Ниной?

– Успокойся, - я безуспешно попыталась поймать его руку.
– Больше он не придет.

– Что ты ему сказала?
– Андрей замер посреди комнаты.

– Ничего, просто дала понять, что мне от него ничего не нужно.

– А раньше ты это не могла сделать?
– он все еще был зол, но я видела, что ярость уже идет на убыль. А сама почему-то ощущала себя ужасно уставшей. Да, я сегодня рано встала, и официально была на больничном, но это ничего не объясняло. Не объясняло той разбитости, которую я ощутила к вечеру, все тело ныло, словно его поколотили.

– Что с тобой?
– он, наконец, заметил мое состояние.

– Не знаю, - я потянулась и опустилась на кровать, - мне почему-то хуже.

– Что именно?
– он оказался рядом, встревожено окидывая меня взглядом. "Мой собственный доктор-вампир", - подумала я и улыбнулась.

– Вялость, слабость, и тело ломит, - пояснила я.
– Только не пускай мне кровь, - пошутила я, но улыбка даже не коснулась его губ, наоборот, он еще сильнее нахмурился. Потом едва заметным движением пронес запястье мимо своего рта и остановил руку с выступившими каплями крови у моего рта.

– А это зачем?
– удивилась я, - ведь мы уже меня вылечили.

– Пей, - он снова не принимал возражений, и я благоразумно решила подчиниться, чтобы не бесить его снова. Каким же бальзамом оказался первый же глоток крови. Она была великолепна: бархатная, выдержанная, словно изысканное вино, с уже знакомыми мне нотками цикория. Меня окатило волной облегчения и свежести, тело взорвалось жизнью и ощущениями, и я не смогла сдержать себя от порыва и в следующую секунду уже прильнула к Андрею всем телом. Но на этот раз он не откликнулся на мою страсть, а лишь сильнее нахмурился, зализывая рану на запястье.

– Тебе нельзя пить мою кровь, - произнес он.

– Почему?
– почти обиженно спросила я, облизывая губы.

– Потому что ты реагируешь на нее, как на наркотик. Твоя ломка и усталость - это последствия того, что ты пила ее вчера. И твое облегчение после того, как ты выпила ее сегодня - еще одно тому доказательство.

– У меня был длинный день, я могла просто устать. Или погода меняется, - раздраженно возразила я.

– Ты ведь хочешь еще, так?
– его глаза смотрели изучающе.

– Да, - выдохнула я, признавая его правоту. И я на самом деле хотела. Стоило ему только упомянуть об этом, как я готова была сама вгрызться ему в руку, а лучше - в его прекрасное белоснежное горло. Я снова машинально облизнула губы, прослеживая линию его шеи.

– Твоя кровь, - пробормотал он, отстраняясь от меня и следя за моим взглядом, - она реагирует не так. Все дело в твоем отличии.

Мои глаза неотрывно следили за ним, я почти не слышала, что он говорил. Все, что для меня было важно - кровь. Мы словно поменялись местами, и теперь он был в роли жертвы, а я - хищника. Меня заводило его плавное отступление, и если бы он бросился бежать, это доставило бы мне особое удовольствие, и я кинулась бы в погоню. Каждая мышца моего тела пела, готовая к броску. Это потрясающее, ни с чем несравнимое ощущение хищника.

– Катя, - имя выдернуло меня из чужеродной прострации.

– Боже, что это было, - в ужасе прошептала я.

– Что ты видела?
– он все еще держался настороженно.

– Жажду, кровь, погоню, - я посмотрела на него.
– Мне хотелось, чтобы ты бежал, хотелось догнать.

Он резко вздохнул, присел на край кровати и запустил руки в волосы.

– Что это было, Андрей? Что не так?

Он убрал руки от лица.

– Ты ощущала мои эмоции, видела мир моими глазами.

– Я превращаюсь?
– в страхе выдохнула я.

– Нет, - с насмешкой произнес он, вдруг став снова холодным и отстраненным.
– Всего лишь на мгновение приблизилась ко мне.

– Ты так ощущаешь всегда?
– вопрос напрашивался сам собой.

Андрей молчал.

– Как ты держишься? Как не разорвешь всех? Ведь нет ничего слаще этого, ничего лучше.

Он только горько усмехнулся.

– Да что ты говоришь.