Ближе к обеду, Римма с удовлетворением оглядела результаты своих трудов. Постиранные тюли больше не мотались концом по полу, а были аккуратно заколоты булавочками. Пыль вытерта, со шкафа снят хлам, там воздвиглась духовка. Аэрогриль стыдливо спрятался под столом. В духовке - обед. Римма удовлетворенно вздохнула, глянула на часы и выпила положенные таблетки. Потом отправилась искать парней - раз уж они участвуют финансово, пусть и обедать идут. Первым нашелся Мишка. Заслышав про обед, обрадовался и потрусил за Риммой, на ходу дозваниваясь до остальных. Зайдя в комнату, парни принюхались. Мясо в горшочках произвело на них неизгладимое впечатление.

– Римма, я на тебе женюсь, - искренне сказал Сашка, вытирая хлебом тарелку.

– Это лишнее, останемся друзьями, - лениво сказала Римма, наливая себе отвар. Мишка фыркнул, Глеб широко ухмыльнулся:

– Римма, ты неправильная. Если мужик зовет замуж - надо хватать его за яйца и бежать в загс, пока не передумал.

– Обойдусь тем, что вы помоете посуду, - хмыкнула Римма. После недолгого препирательства с посудой отправили Сашку.

Жизнь входила в колею. Учеба - общага - на выходных к родителям, и так по кругу. Март незаметно превратился в апрель, а там и май не заставил себя ждать. Глеб крутился вокруг с упорством, достойным лучшего применения, Римма отшучивалась, временами совсем уж язвительно, чем доводила его до белого каления, а приятелей - до истерического смеха. Она все так же звала его "дядя Глеб", от чего тот бесился. Однажды попытался ее поцеловать. Римма поцелуй перенесла стойко, машинально отметив мастерство "дяди", утерла губы по окончании процедуры, и коварно предложила переспать - дабы избавить его от "эффекта незавершенного действия". Глеб, против ожиданий, отказался, и теперь вел себя вовсе уж по-дурацки - дарил книги, узнав, что она любит фантастику, встречал ее на остановке, когда она возвращалась с подработки из Боткинской больницы, слишком вымотанная, чтобы язвить. Понемногу, она привыкла к его присутствию, и временами даже скучала, правда, редко. Мишка как-то раз попытался поговорить с ней по душам.

– Римка, вот чего ты над мужиком издеваешься?

– Вовсе не издеваюсь, - удивилась она.

– Он как больной ходит, все вокруг тебя, сам эти книжки дурные читает - только чтобы с тобой было о чем говорить, только и слышно - Римма то, Римма се!

– Ну....

– Дай ты ему, что ли!

– Давала, не берет, - хмыкнула Римма.
– Я не в его вкусе.

– Да как же! Рассказывай!

– Мишаня, не лезь ты, Христа ради, а? Я на лето уеду, выкинет меня из головы, что ты, в самом деле. С глаз долой, из сердца вон.

Мишка только рукой махнул.

– Римма, какой у тебя номер телефона?
– Глеб хмурился, роясь в памяти телефона.

– У тебя же есть, - слегка ненатурально удивилась она. Номер она и вправду, сменила. Смски и звонки различного рода и содержания ей осточертели.

– Вчера дозвониться до тебя не мог весь день.

– А чего ты звонил? Я ж дома была.

– Вот именно. Соскучился.

– Мм, понятно. Ладно, я убежала.
– Римма подхватила сумку и попыталась влезть в туфли.

– Куда это?
– запястье полностью скрылось в его лапе.

– Отпусти. Тебе-то что?

– Интересно мне.
– Руку так и не отпустил.

– На свидание.

– Куда?!

– На свидание. Пригласили меня. Я иду.
– Римма разговаривала с ним как с маленьким.

– Кто?

– Ты этого человека не знаешь.

– С колледжа?

– Ага, оттуда, - легко согласилась она, не вырывая руки, подкрашивая губы.

– Тебе не идет этот цвет.

– Не смотри, раз не нравится.

Он стиснул подбородок пальцами и развернул ее лицо к себе.

– М?

– Да ну тебя!
– он выпустил ее, махнул рукой, и вперед нее вылетел за дверь.

***

Римма пожала плечами, проверила сумочку и пошла на выход. Вечер обещал быть интересным. Свидание было с девушкой. И все было прекрасно - легкая закуска, приятная музыка, приглушенный полумрак в кабинке, закрытой ширмой.... Приятная девушка, - решила для себя Римма. Изначально они сели напротив друг друга, через час перебрались на диванчик. Легкие касания - ненавязчивые, приятные, совершенно не пошлые разговоры. Римма совершенно не протестовала, когда Полина положила ладонь ей на шею, перебирая короткие волосы. Зашедший официант давился воздухом под их насмешливыми взглядами.

Домой Римма пришла с зацелованными губами и слегка пьяная от эмоций. Напевала она знаменитую песенку Мерлин Монро - I wonna be love by you, немного пританцовывая и помахивая туфлями в одной руке и пиджачком в другой. На этаже ее поджидал сюрприз - Глеб, собственной набыченной персоной. Завидев ее, он вытаращил глаза:

– Римка, ты что, пьяная?

– Нет, - она улыбнулась и пристроила пиджачок на спинку кресла Глеба.
– А что?

– Такая... как пьяная.