— Вот это да, — ахнул Фишер. — Стоп, послушаем еще раз.

Он сдвинул запись назад. Механический голос вещал, следуя за камерой, которая показывала обугленные шрамы на деревьях, сожженный кустарник, почерневшие срезы сбитых ветвей:

— Нападавшие, по-видимому, имели около двух стволов поражающей способностью свыше сорока условных единиц и не менее пяти стволов поражающей способностью менее сорока единиц…

— Нет, это уже не просто полицейский кретинизм, — Фишер потер лоб, — как тебе формулировочка: около двух стволов, а? Да какие ж, к черту, «около двух», если там был шквал, просто шквал огня, они его накрыли в считанные секунды. Ты посмотри на эти деревья, это ж явно пробойником работали, а не пистолетом, ты глянь, какая кучность! А тип оружия они что, определить не смогли?

В дверь позвонили. Фишер выключил аппарат и крикнул:

— Войдите!

Появился крепкий парень, толкавший перед собой столик с нашим обедом. Следом за ним шел Берков.

— Сдвиги есть? — поинтересовался он, поздоровавшись.

— Сдвиги, по-моему, начинаются у меня в голове, — сообщил Фишер, — ты посмотри этот материал, пока мы закусываем.

— Ну и что? — недоуменно спросил Берков после просмотра. — Что тебя так удивило?

— Фантастика, — поперхнулся Фишер, — что это за экспертиза? Я такого еще не видел. Это что, кража шнурков? Это же не экспертиза, этим делом даже задницу не вытрешь, это же ни в какие ворота, мать его, не лезет!

— Здесь это в порядке вещей, — пожал плечами Берков, — тут ведь иначе не умеют. Вся раскрываемость держится или на стукачестве, или на поимке с поличным. А ты как думал? Или ты думаешь, они тут что-то всерьез расследуют?

Фишер отложил вилку, глотнул вина и помассировал виски.

— Господи, дай мне терпения… Я чувствую, второй диск и смотреть не стоит. Выслушивать идиотские домыслы этих дегенератов — пустая трата времени. Знаешь, давай-ка к вылету дальнобойный коптер. Придется лететь в поместье. Один черт это необходимо… Я, конечно, понимаю, что на месте преступления мы после стада этих козлов вряд ли что-то найдем, да и аппаратуры нет, но все же.

— О’кей, — кивнул Берков, — спускайтесь вниз. Коптер я вам сейчас устрою.

— Ты устрой еще вот что — вечером мне понадобится связь с Метрополией через штрих-кодер. Пускай милорд озаботится соответствующей башней. Говорить через обычный канал я не могу, сам понимаешь.

— А штрих-кодер? — Берков остановился в дверях.

— Ну, это мои проблемы.

— Понял. Спускайтесь.

Фишер сложил терминал и сунул его под мышку.

— Идем, Алекс. Отдыхать будем, это вот… в гробу. А сейчас нужно выразить соболезнование семье покойного… такая у нас работа, будь она проклята.

Мы вышли в коридор. Двое спортивного вида парней, дежуривших на этаже, вытянулись при нашем появлении в струнку. Я лениво отдал им честь и тронул Фишера за рукав:

— Ларе, у меня одна просьба, если позволишь…

— Конечно, — повернулся он, — что стряслось?

— Я хотел бы воспользоваться твоим терминалом, пока мы будем лететь. Ничего серьезного… так, справка.

— Бери, — Фишер протянул мне плоскую кожаную папку.

Внизу нас ждал мощный остроносый аппарат, возле которого скучали Берков и трое широкоплечих мужиков в отороченных дорогим мехом плащах.

— А это кто? — удивился Фишер.

— Охрана, — спокойно ответил Берков. — Люди свои, проверенные.

— Охрана, — эхом отозвался Фишер. — Красота. Флаг-майор Королев?..

— Я.

— Уровень допуска к транспортным средствам?

— Включая линкор.

— Количество боевых вылетов?

— Девять, пилот третьего класса.

— Стрелковая квалификация?

— Офицер-снайпер, включая корабельный стандарт.

— Полевая подготовка, уровень?

— Офицер-мастер.

— Количество боевых операций, в том числе десантных?

— Тридцать две и восемнадцать.

— Берков, кто кого будет охранять?

Парни опустили очи долу, один аж покраснел. Берков развел руками.

— Извините, ребята, но вам отбой. Рядом с таким хищником вам работы нет.

«Да разве ж я хищник, — усмехнулся я. — Подумаешь, тридцать два захода… я ведь даже не рейнджер. Так, умею кое-что. Конечно, и стреляю; и двигаюсь, и думаю я вчетверо быстрее этих орлов, но они ж не виноваты, что у меня самое высшее боевое образование, меня с пяти лет дрессировали, как песика. И в пустыне выжаривали, и в джунглях вымачивали, и под водой неделями держали, и по горам гоняли — словом, мордовали всячески. Даром это, конечно, не проходит…»

— Так, поехали, — Фишер взялся за дверцу кабины. — Пилот знаег, куда лететь?

Берков утвердительно кивнул и нырнул в салон.

Я уселся на заднем диване и откинул панель терминала. Экран замерцал бледно-зеленым светом. Для начала мне требовался вход в полицейскую информационную сеть Кассанданы. Это не составило проблемы — уровень доступа пользователя служебного терминала СБ не вызывал сомнений. Оказавшись в сети, я скомандовал: «население». Затем — «лендлорд», и наконец «Натали Тревис». Запрос был абсолютно конкретным, однако терминал после секундного размышления выдал «Зеро».