– Белла сказала, что она чувствует запах нечистого.

Нечистого? Не думаю, что она говорила о ком-то, пропустившем утренний душ. Я взглянула на маму.

Она казалась очень взволнованной.

– Нечистого как, Зизи? Нечистого, как отвратительного, или нечистого, как... – мама взмахнула рукой, – ...проклятого?

Белла демонстративно снова втянула воздух.

– Karhozott[29], – сказала она.

Все ахнули.

– Проклятого, – прошептала Зизи.

– Епт, – сказала я. Это и имея в виду.

– Чем занимаешься?

Я прекратила втягивать воздух и повернулась. Бен прислонился к одному из шестов держащих главную палатку.

– Пытаюсь найти что-нибудь проклятое. Ты как всегда выглядишь великолепно...

Одна эбеновая бровь поползла вверх.

– Спасибо. Думаю, ты выглядишь... хорошо.

Я скрестила руки. Я выглядела так хорошо, как и собиралась, и мы оба знали это.

– Хорошо? Просто хорошо? А той ночью я была очаровательной.

– Да, была, но тогда я никогда раньше не видел тебя в "девчачьих вещах", а теперь – да.

Мои ноздри – сами собой, чтобы вы знали – раздулись от гнева.

– Ладно, как ни печально, но эти все девчачьи штуки несколько далеки от меня.

Он улыбнулся одной из своих порочных улыбок, той, что заставляла меня забыть, что я не хочу бойфренда, особенно такого, кто думает об отношениях в пересчете на столетия.

– У меня есть кое-что для тебя.

Я посмотрела на то, что он протянул мне.

– Это же кольцо.

– Так и есть.

– Оно милое.

– Мне оно нравилось. Надеюсь и тебе тоже.

Я сделала шаг вперед и заглянула в его руку.

– Что это за камень?

– Рубин.

– О-о. Они вроде как дорогие?

Его рука даже не дрогнула. Кольцо, лежащее на его ладони, сияло мне теплым красным. Камень был оправлен в полосу темного золота, слова причудливыми письменами вились по нему.

– Они такие же, как и на твоей татуировке.

– Да это так. Ты собираешься принять его?

Оставив руки скрещенными, я разглядывала его.

– Это в стадии рассмотрения. Оно выглядит старинным. Оно принадлежало кому-то еще?

– Да. Моей матери. Я хочу, чтобы оно было у тебя. Обещаю, кольцо не причинит тебе никакой боли.

По своей собственной воле, моя рука потянулась взять его. Оно было тяжелым и теплым успокаивающим теплом. Женское лицо мелькнуло перед моими глазами. Ее волосы были темными как у Бена, улыбающаяся женщина, счастливая женщина.

– Твоя мама была красивой?

– Думаю, что была.

Я не отрывала от него взгляд, кольцо в моей руке пульсировало воспоминаниями из жизни.

– Она очень сильно любила твоего отца.

Он ничего не сказал, просто глядел на меня.

– Но она умерла? Я думала, что Моравцы бессмертны.

– Они да. Моя мать не Моравка.

Я опустила взгляд на кольцо. Мне оно нравилось. Оно было красивым. Он был прав: прикосновение к нему не приносило мне боли.

– Она не была Возлюбленной твоего отца?

– Если бы была, я не был бы тем, кто я есть.

– А-а?

Он шагнул вперед, взяв кольцо из моей левой руки, надвинул его на мой большой палец, потом на указательный, затем на средний, где и оставил его. На секунду кольцо стало теплее, потом сжалось вокруг моего пальца став впору.

– Теперь ты выглядишь прекрасно. Темный, нашедший свою Возлюбленную – искуплен. Их сыновья рождаются, не неся грехи своих отцов.

– О, ясно. Но твоя мама любила твоего папу. Как она могла делать это, если не была его Возлюбленной.

Вспышка боли на мгновение омрачила его глаза.

– Я не могу сказать тебе почему, я знаю только, что так было. Она любила его и была счастлива с ним. Она хотела бы, чтобы это кольцо было у тебя.

Я опустила взгляд на свою руку, где находилось кольцо. Оно ощущалось правильно, словно ему предназначалось быть там.

– Это же не значит, что мы обручены или что-то вроде, верно? Эти странные штуки с пальцем, ты же не исполнил какую-нибудь странную Моравскую церемонию? Если причина в этом, я не смогу оставить его.

– Нет, это не значит, что мы обручены.

Вы заметили, что он не ответил на мой второй вопрос? Я тоже заметила.

– И это не значит, что мы встречаемся?

– И не встречаемся.

– Дружеское кольцо – все, чем оно является, верно?

Он завернул мои волосы за ухо. Я решила не упирать на это. Он склонился вперед, просто чуть-чуть склонился вперед.