Вход/Регистрация
Зеленый дом
вернуться

Крамер Теодор

Шрифт:
2. Отец бургенландца
Померзла помидорная рассада, по грядкам видно: на носу зима. Осенний шильхер выспел то, что надо, и пшенкою забиты закрома. Поленницы пусть шатки, да не валки, на юг убраться птицам невтерпеж… Когда ж услышу стук дорожной палки, когда ж, сынок, из города придешь? Никто меня не кормит до отвала, и я желудком очень нездоров; твоя жена мне денег не давала, наколотых ей вечно мало дров, — чтоб всё понять, не нужно и смекалки; а стук часов ночами так похож на долгожданный стук дорожной палки, — когда ж, сынок, из города придешь? Она сама гоняет коз к разлогу и сына к плавням шлет за тростником, корсет натянет, выйдет на дорогу и долго вдаль глядит, как под хмельком; но сливовицу ты из рук нахалки не пей, не то подохнешь ни за грош… Когда ж услышу стук дорожной палки, когда ж, сынок, из города придешь?
3. Жена бургенландца
Посохли флоксы, выспел шильхер славно, вся кукуруза сложена в сарай, на грядках нет работы и подавно, а гуси улетают в южный край; я сею мак, мне временами худо, тогда иду под вечер за порог… Когда ж моя окончится причуда, когда же ты вернешься, муженек? Запасец дров твоим отцом наколот, он вообще-то целый день в дому, на хвори жалуется и на голод: не буду резать курицу, ему назло, — он всё бурчит, бурчит, зануда, что про меня, мол, всё ему вдомек… Когда ж моя окончится причуда, когда же ты вернешься, муженек? Коль ты прибавишь малость к тем деньжонкам, что я с продажи сливок берегу, то сможем мы разжиться поросенком, — я мак давно готовлю к пирогу; а так — узнать кому да и откуда: не здешний он, тот возчик-паренек… Когда ж моя окончится причуда, когда же ты вернешься, муженек?
4. Бургенландец идет домой
На палке трясется котомка, дойти б уж домой поскорей. На лужицах льдистая кромка, повыдерган весь сельдерей. И, радуясь каждой примете, шагаю, маленько спеша: зарежу козу на подклети, у плавней возьму камыша. Папаше несу, старикану, табак и еще ветчину, сынишке игрушку достану, уважу, понятно, жену. Забудем о прожитом лете, ужо натомилась душа! Зарежем козу на подклети, у плавней возьмем камыша. Готова ли каша из пшенки? Довольно ли в печке огня? Семь месяцев в дальней сторонке мгновеньем прошли для меня. Никто ни за что не в ответе, да можно ли жить, не греша — не резать козу на подклети, у плавней не брать камыша?

Погребок

Субботний зной, не торопясь, отхлынул, восходят звезды и ласкают глаз. Кирпичник кружку в горло опрокинул и за другою тянется сейчас. Домой плетется стадо; сколько денег принес — истрать уж всё, да не мусоль: прогнили доски стенок и ступенек, но под окном цветет желтофиоль. Нет росписей на балке потолочной — оттуда колбаса глядит, с крюка. Тут зашибает брынзу дух чесночный, тут красный перец — радость языка. Сюда идут в любой из деревенек бобыль, поденщик и другая голь. Прогнили доски стенок и ступенек, но под окном цветет желтофиоль. Еще домой идти, пожалуй, рано, еще по кружке можно взять вполне. Летит веселый грохот с кегельбана, — хочу сыграть, подай-ка шар и мне! Есть погребок в любой из деревенек, везде табачный дым вонюч, как смоль, — прогнили доски стенок и ступенек, но под окном цветет желтофиоль.

Песня под осенним дождем

Я песню пою, ибо люди поют под шуршащим осенним дождем; стелите солому и прячьтесь в уют под шуршащим осенним дождем. Ничто так не горько, не грустно для слуха, как шорох травы, раздающийся глухо под шуршащим осенним дождем. Сидит у камина хозяин в дому под шуршащим осенним дождем: тепло в духоте и во мраке ему под шуршащим осенним дождем. Он запахом льна перепревшего дышит, как яблоки падают наземь — он слышит под шуршащим осенним дождем. Поденщик, одетый в худое тряпье под шуршащим осенним дождем, проспит бесполезное время свое под шуршащим осенним дождем. Подмытый водой, словно стебель ничтожный, глядит в никуда указатель дорожный под шуршащим осенним дождем. Смывается лыко, ограда гниет под шуршащим осенним дождем; скребутся дворовые псы у ворот под шуршащим осенним дождем. Вода не уходит с разбухшего луга, канавы бурлят и клокочет округа под шуршащим осенним дождем.

Травница

Где тропка петляет к ручью за деревней, где скалы крошатся опокою древней и держатся в скалах деревья с трудом — стоит покосившийся травницын дом. Хвосты сельдерея, фасоль и редиска еще говорят — человечество близко; но папорть, хозяйственным планам вразрез, под окна решительно выдвинул лес — тот самый, что женщине в рваной одежке сморчки поставляет весной для кормежки, до осени — ягоду в горла корчаг ссыпает не скупо, зимою — сушняк для печки дает приношением щедрым, покуда метели гуляют по кедрам. Дремучим чащобам и дочь, и сестра, как зверь, нелюдима и так же мудра, находит почти что без помощи зренья заветные зелья, и злые коренья, и то, что лекарство, и то, что еда, и то, чем врачуется бабья нужда. Февраль, и доедена пшенка, и смальца в корчаге осталось едва на полпальца, но лес, обрядившийся в иней и наст, согреет, прокормит, в обиду не даст.

Пивная

Далеко за деревней, со свалкою старой впритык, где стервятину наспех привозит зарыть гуртовщик, где ручей пробирается через коросту дерьма, — неприметно к подошве горы притулилась корчма. Кто кислятины местной не брезгает выпить — тому самый раз завалиться под вечер в такую корчму, если чертова шнапса желает какой однолюб — блещет медной змеей самогоноварительный куб. Ненапойная жажда сюда пригоняет не зря батрака, углежога, подручного золотаря; всё растрескано небо, угар от похмелья тяжел, — пей, покуда не взмокнут мозги и не рухнешь под стол. Молчаливо садятся они на скамейки рядком; колбаса — из конины с тухлинкой, зато с чесноком, если кто припоздает — тому, для порядка ворча, наливает корчмарь всё такой же стакан первача. На стакане втором хоть один да развяжет язык, тут же песня польется, до слез проберет горемык, и на третий потянут слова неизбывной тоски, и, мотив подхватив, застучат по столам тесаки.

Йозефа

Там, за деревней, где ряской канавы цветут, средь золотарников — поля неправильный кут. Хатка Йозефы за ним, в полминуте ходьбы. Прямо под дверью лежат на просушке грибы. Шпанские мушки да всякие зелья у ней, козочка тоже: Йозефа других не бедней. Вечером трижды, попробуй, в окно постучи — дверь приоткроется, звякнут в потемках ключи. Молча вдовец к ней приходит еще дотемна, молча — кабатчик, пусть лезет на стенку жена, молча — барышник с кольцом, только чтоб ни гу-гу, молча — бирюк-винокур, зашибивший деньгу. Горькой настойкой она угощает гостей, есть постоянный запасец домашних сластей, после — Йозефа постель приготовит свою. Ежели что — так заварит себе спорынью. Пышно цветут золотарник, татарник и дрок. Нет никого, кто Йозефе послал бы упрек. Дом, и коза, и кусок полевого кута, — совесть Йозефы пред всеми на свете чиста.
  • Читать дальше
  • 1
  • ...
  • 12
  • 13
  • 14
  • 15
  • 16
  • 17
  • 18
  • 19
  • 20
  • 21
  • 22
  • ...

Ебукер (ebooker) – онлайн-библиотека на русском языке. Книги доступны онлайн, без утомительной регистрации. Огромный выбор и удобный дизайн, позволяющий читать без проблем. Добавляйте сайт в закладки! Все произведения загружаются пользователями: если считаете, что ваши авторские права нарушены – используйте форму обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка

Контакты

  • chitat.ebooker@gmail.com

Подпишитесь на рассылку: