4 декабря.

В бульварных газетах вы сталкиваетесь с ненавистью та

кого низкого пошиба и с такою бездарной завистью, что прихо

дится чуть ли не смущаться, настолько лестны для вас подоб

ные нападки. < . . . > .

17 декабря.

Мы любим эти перемены, это торжествующее утоление фи

зических потребностей по возвращении с охоты, эту бичующую

усталость, это опьянение питьем, едою, сном, когда мы превра

щаемся в животных, испытывающих неземное блаженство.

23 декабря.

По возвращении в Париж.

Жизнь! Что такое жизнь даже для самых счастливых, осы

панных богатством, даже для самых лучших! Этот святой, этот

вельможа, этот обладатель годового дохода в два миллиона, че

ловек, который так стремился к добру и красоте, — я говорю о

герцоге де Люинь, — даже он однажды, удрученный жизнью, не

мог удержаться от восклицания: «Что за проклятие висит надо

мной!»

Четверг, 26 декабря.

Заходили к Тьерри попросить его, чтобы во Французском

театре прочли нашу пятиактную пьесу о Революции — «Бланш

де ла Рошдрагон». Его любезности нас очень напугали.

31 декабря.

Принесли переписанную рукопись нашей «Ла Рошдрагон».

Она внушает нам какой-то инстинктивный страх, как нечто та

кое, что должно породить адскую тревогу и волнения, связан

ные с театром. < . . . >

Кто-то рассказал анекдот о муже, после смерти жены нашед

шем ожерелье из фальшивых камней, которое он когда-то ей

подарил. Он хочет продать его, несет к ювелиру, и поражен

предложенной ему ценой: камни превратились в настоящие *, и

это утешает мужа! <...>

37

Э. и Ж. де Гонкур, т. 1

ГОД 1 8 6 8

1 января.

Ну, вот и Новый год... еще одна почтовая станция, где, как

говорит Байрон, судьба меняет лошадей.

24 января.

Если взвесить все, то театральная пьеса должна быть или

эпопеей, или фантазией. Пьесы о нравах, столь похожие на со

временные романы о нравах, — какая это карикатура, какое

убожество, какая бессмыслица! < . . . >

Если бог существует, то атеизм должен казаться ему менее

оскорбительным, чем религия.

Щедрость человека говорит о наличии у него почти всех

остальных достоинств, украшающих члена общества; скупость

же говорит об отсутствии этих достоинств.

2 февраля.

< . . . > Есть люди, которые во всем видят заботу провиде

ния. Ну, а нам приходится видеть во всем нечто противополож

ное. Когда в нашей жизни прекращаются крупные неприятно

сти, то кажется, будто какая-то злая воля случая, наделенная

дьявольским воображением, всячески ухищряется, чтобы му

чить нас своим невыносимым, издевательски глупым преследо

ванием.

Из всех квартир этого дома только в нашей есть произведе¬

ния искусства, и только у нас во время дождя протекает пото

лок. Мы недавно расширили свою квартиру, присоединив к ней

еще одну маленькую, и нам казалось, что мы чудесно устрои

лись; и вот какой-то конюх по шесть часов в день кричит, ревет,

578

свистит, не давая нам спать по утрам и работать днем. Это при

водит нас в ужасно нервное состояние; с возрастом тишина

становится подругой человека.

Я думаю, что во многих случаях кровоизлияние в мозг —

результат несоответствия между человеком и местом, которое

он занимает; ограниченный мозг не выдерживает слишком вы

сокого положения. < . . . >

5 февраля.

Мы принесли от Пьера Гаварни папки с бумагами, настоя

щие куски жизни Гаварни *, и погружены в них с утра до ночи.

Своего рода вскрытие трупа, которое как бы затягивает и

поглощает нас, почти лишает нас самостоятельного существо