— Я знаю, кто они, Реймонд. Это люди О'Доннелов из Антрима… Мои люди.

— Знаю. — Он вздохнул и убрал руку.

А Фиона рассказала ему о находке Нолана. Но и это его не очень-то удивило.

— Я все еще не могу поверить в то, что кто-то из них способен пойти против своих! — И чародейка обвела взглядом зал, переполненный людьми, явившимися искать укрытия в этих стенах. Некоторые лица были ей совершенно незнакомы.

— Зло многолико. Но почему именно этот замок? Ведь к югу отсюда лежат плодородные нетронутые земли. И даже если я сдамся — на мое место явятся другие!

— Даже думать об этом не смей! — Ей стало страшно, стоило подумать о том, что Реймонд покинет Гленн-Тейз. А для де Клера ее возглас, полный тревоги и доверия, стал той долгожданной наградой, о которой он мог только мечтать.

— Мне нужна помощь, Фиона.

Она понимала, что Реймонд имеет в виду правдивые сведения, и спокойно посмотрела ему в глаза.

— Миледи! — раздался у нее за спиной сонный шепот.

Это Мейри уже отдохнула и протянула руки, чтобы забрать своего сына. Фиона поцеловала малютку на прощание и закутала в теплое одеяло. Реймонд встал и выразительно обвел взглядом зал, намекая ей на то, что разговор нужно продолжить в другом месте, подальше от чужих ушей. Не стоило понапрасну тревожить этих людей, только начинавших проникаться доверием к своему новому господину. Он подал Фионе руку. Она вложила пальчики в его ладонь и встала, позволяя вести себя между спящими. По дороге Фиона задержалась, чтобы прихватить с собой сумку с травами.

— Тебе тоже не мешает подлечиться, — отвечала она на вопросительный взгляд де Клера.

На рукаве чистой рубахи уже проступило кровавое пятно. Она повернула было к кабинету, но Реймонд решительно увлек ее на лестницу. Фиона на миг остановилась, и Реймонд прошептал:

— Мне нужно поговорить с тобой наедине прямо сейчас. Что, боишься? — лукаво добавил он.

— Конечно, нет. — Она шагнула к нему. — Это тебе должно быть страшно остаться наедине с ведьмой!

— Но сегодня я не видел никакой ведьмы! — возразил англичанин с ласковой улыбкой. — Ко мне явился настоящий ангел!

— Ага, теперь подлизываешься? — прошептала Фиона с напускной строгостью, но ничего не могла с собой поделать и тут же улыбнулась. — Не иначе как хочешь чего-то добиться!

— Ох, красавица, я так хочу, что даже нет слов!

— Реймонд, ты не распознаешь настоящую ведьму даже у себя под носом, пока она не надерет тебе задницу!

— Хочешь попробовать?

Чародейка рассмеялась и двинулась дальше по ступенькам, чувствуя, как просыпается в ее душе горькая, отчаянная нежность к этому человеку. Стоило ему оказаться рядом — и она снова вздрагивает от каждого прикосновения и взгляда.

Фиона открыла дверь в спальню, а Реймонд задержался на верхней площадке лестницы, задумчиво разглядывая вилланов, спавших на полу в главном зале.

— Ты беспокоишься о тех, кого не успели привести в крепость, — прошептала она.

Де Клер кивнул и вошел в спальню.

— Я разослал отряды, чтобы собрали всех, кому угрожает опасность. Меня пробирает дрожь, стоит подумать о том, что снова страдают невинные люди.

— Им не устоять против всей мощи твоей армии, Реймонд, и убийцы тоже наверняка это знают. Или ты считаешь, что они стараются добраться только до тебя?

Фиона с удовольствием отметила, что в спальне тепло от жарко пылавшего камина, а на столе накрыт ужин.

— Нет. Я для ирландцев никто, пустое место. — Она резко обернулась, и де Клер почувствовал, как просыпаются ее подозрительность и тревога. — А вот ты — другое дело.

Чародейка и сама не раз задумывалась над этим. Ненависть способна пустить очень глубокие корни, и Кит О'Каган был этому живым доказательством.

— Если кому-то понадобилось бы меня убить — это можно было сделать давным-давно. Чем это объяснить, Фиона? — продолжал он, будто не слышал ее последних слов. — Что в тебе такого?

— Ты знаешь ответ.

— Скажи мне сама. Я хочу услышать это от тебя.

— Я — единственная дочь Эгрейн и наследница Гленн-Тейза, Девяти Лощин и всех земель отсюда до Коулрейна, — проговорила она, гордо подняв голову.

У Реймонда вырвался долгий, тяжкий вздох.

— Еще одна ирландская принцесса?

— Не совсем. Королева.

От неожиданности Реймонд онемел.

— У моей матери не было братьев, и когда скончался дедушка, титул перешел к ней.

Реймонд полез пятерней в затылок. Мать честная! Да в этой Ирландии плюнуть некуда — сплошные принцессы да короли!

— Почему ты скрывала это от меня?

— Как я могла это скрыть? — возмутилась чародейка. — Тебе достаточно было расспросить любого ирландца! — Она махнула рукой, как бы обведя весь Гленн-Тейз. — Но ты был так занят, возводя на меня горы напраслины и строя свой бастион, что тебе было не до расспросов!

— Прости меня, — покаялся он, и ее гнев моментально иссяк.

— Десять лет назад я потеряла свои права на наследство.

Так что теперь это все равно не имеет значения.

— Еще как имеет! Черт побери, женщина, ты что, не видишь, что эти люди преклоняются перед тобой? Они же спят и видят, чтобы ты вернулась в свой замок.