– Потерпишь, не маленький, в шахте сходишь, – кинул мне сосед по камере, быстрыми движениями собирая длинные волосы в косу.

Я как загипнотизированный наблюдал за этим процессом, забыв, что нужно одеваться. Вчера я не обратил внимания, какой длины у него волосы, а они вон какие - удивительные.

– Я думал, при поступлении сюда обривают всех в обязательном порядке, - сказал я, погладив свой короткий ежик и разглядывая даже на вид шелковые пепельно-русые пряди.

– Так и есть, - он перекинул косу за спину и вопросительно взглянул на меня. – Ты хочешь получить взыскание и отработку в первый же день?

– А? О! Нет, конечно!

Быстро натянув комбез, я сел на его постель обуваться.

– А здесь не заставляют брить голову? – спросил я, зашнуровав один ботинок и принимаясь за второй.

– Нет, зачем? В этом мире нет организмов, паразитирующих в волосах. Заразиться можно только от новичков. От салаг, - Клайв широко улыбнулся. – Пойдем, салага.

Увидев, что я готов, Клайв потянул меня за собой. Когда он повернулся ко мне спиной, я увидел, что коса его доходит кончиком до копчика. Боже… сколько же он здесь сидит?

Мы пронеслись по узкой площадке вдоль открытых и пустых уже камер, а затем чуть ли не кубарем скатились вниз по металлической лестнице к открытой широкой площадке. У меня сложилось впечатление, что люди здесь отсутствуют как вид. Словно вымерли все. Когда мы пробежали сквозь открывшийся нам на встречу дверной проем, то оказались в зале размером с футбольный стадион, заполненную ровными шеренгами людей в кислотно-зеленном. Я только сейчас осознал масштабы колонии.

Клайв потащил меня сквозь ряды, и я всей поверхностью своего тела почувствовал сверлящие меня взгляды. Я шел с гордо поднятой головой, стараясь ни на кого не смотреть, потому что стоит мне с кем-то зацепиться взглядом, отвертеться от дальнейшего контакта я уже не смогу. Если я опущу глаза долу, то на мне "поставят клеймо" жертвы и от "женихов" не будет отбоя. Выдержу взгляд – пойдут проверять на прочность агрессивную выскочку. Я справлюсь с парой-другой, но вот в чем загвоздка: этим вряд ли все ограничится.

– Давай сюда! – мой сосед схватил меня за локоть и втянул в строй рядом с собой.

– Свали, Везнер, это мое место! – рычащим шепотом возразил бритоголовый зек выше меня на пол головы и шире в полтора раза в плечах.

– Остынь, Зуб, он будет стоять здесь, - огрызнулся Везнер.

– Я так не думаю.

– А ты думай реже, а то голова заболит.

– Я гляжу, ты совсем страх и совесть потерял? – Зуб презрительно ухмыльнулся, и я разглядел у него во рту один длинный клык. Верхний правый. Явно имплант. – Не раскатывай губу, скоро ты нахер не нужен будешь Торияту.

– Лучше бы тебе заткнуться, - зашипел побелевший Клайв, - ты можешь сдохнуть прежде, чем я попаду в опалу.

Я хотел уже спросить кто такой Торият, как раздался резкий предупреждающий сигнал. Испуганно оглядевшись, я увидел, что все с хмурым сосредоточением смотрят вверх перед собой. В том направлении обнаружилась воздушная передвижная платформа-трибуна, на которой стояло несколько логианцев. Ена я узнал сразу. Он был крупнее своих сородичей, вся его фигура внушала мне ужас, я чувствовал в нем затаившееся Нечто - оно клубилось вокруг него невидимым облаком. Мне часто казалось, что, поймав это "облако" периферическим зрением, смогу удержать этот образ и рассмотреть, как следует. А еще я знал, что если это самое "Нечто" распознает тебя на своем радаре как свою добычу, то ты либо сдохнешь, либо… Короче, лучше сдохнуть.

Логианцы медленно и молча пролетели над нашими головами. Облетев все ряды, платформа вернулась в исходную точку.

– Что они делают, - шепнул я Клайву.

– Считывают с наших датчиков показатели здоровья и заодно проверяют все ли на месте.

– Вот с этого датчика? – протянул я ему руку, показывая тонкий браслет на запястье.

– Нет. При поступлении сюда бортовой врач должен был ввести в твое тело передатчик.

– Я не помню этого...

– Этот датчик похож на мелкого клеща и внедряется под кожу безболезненно.

Черт! Естественно у меня в следующей же момент стало зудеть все тело, даже в тех местах, где при посторонних чесать считается не комильфо. Я терпеть не могу все, что имеет больше четырех конечностей!

– Ты чего суетишься? – Клайв скосил на меня глаза.

– Ничего, - пропыхтел я, пытаясь не чесаться.