– Проведя свои войска через Турцию, крымчане атаковали немцев в Болгарии и Греции, – сказал Алексеев. – Троцкий был против, но Черчилль настоял на вступлении Республики Юга России в войну против Германии. Здесь, конечно, крымчанам пришлось непросто, но немцы не могли уже оказывать такого сопротивления. В итоге Болгарию и Грецию освободили крымчане. По мирному договору они оставили там свои военные базы и сохранили политическое влияние. Кстати, в Болгарии остались монархия и рыночная экономика.

На экране американские транспортные самолеты приземлялись на степных аэродромах и выгружали какие-то товары.

– Естественно, экономика Крыма пошатнулась, – пояснил Алексеев. – Сказалось еще и крымская инициатива принять всех перемещенных лиц, вывезенных немцами из СССР. Корсаков вынужден был согласиться на помощь по плану Маршалла. Естественно, Крыму после этого пришлось идти в фарватере американской политики. Республика Юга России вступила в НАТО с первого дня его образования. Экономически она, правда, стала подниматься, создав единое экономическое пространство с Болгарией и Грецией. Ну а СССР сформировал Варшавский договор и СЭВ, как и в нашем мире. Только без Болгарии, разумеется. Германия была разделена на ГДР и ФРГ.

На экране появилось изображение многолюдного митинга на Дворцовой площади.

– В Петербурге после войны возникло мощное движение за независимость от Англии, – сообщил Алексеев. – Это один из самых многолюдных митингов сорок восьмого года.

– К сожалению, чтобы очиститься, иногда надо пройти через тяжелые испытания, – подал голос Басов. – В годы блокады Петербург очистился от всякой накипи. В городе начали работать, появилось гражданское самосознание, и это сразу сказалось. Экономический бум начала пятидесятых охватил Петербург. Здесь были очень квалифицированные кадры и, самое главное, – желание работать.

Теперь на экране появился Колонный зал Дома союзов. В гробу, украшенном многочисленными цветами и траурными венками, лежал Троцкий.

– Так, в почетном карауле Молотов, Маленков… – начал перечислять Чигирев. – Господи, Хрущев! А этот, толстенький в костюме, кто?

– Яков Берман, – пояснил Басов. – Он при Троцком выполнял работу Берии.

– А когда умер Троцкий? – спросил Чигирев.

– Пятого марта пятьдесят третьего, – ответил Алексеев.

– Что-то многовато совпадений, – заметил Чигирев.

– Ничего удивительного, – усмехнулся Басов. – Троцкого убили, когда он собирался провести новую чистку и уничтожить тех, кто сейчас стоит в почетном карауле. Мы просматривали материалы. Смертельную инъекцию Льву Давыдовичу сделал его собственный охранник – Хрусталев. Что было дальше – рассказывать?

– Сильно подозреваю, что вскоре главой государства стал Хрущев, а те, кто стоят с ним сейчас рядом, отправились в могилу или в отставку, – предположил Чигирев.

– Совершенно верно. А в пятьдесят шестом Никита Сергеевич на двадцатом съезде КПСС развенчал культ личности Троцкого. Дальше в стране все пошло в полном соответствии с событиями нашего мира.

– Поразительно, – буркнул Чигирев. – Я вообще-то считал, что гибель Сталина приведет к большим изменениям.

– А я уже не удивляюсь, – подал голос Янек.

– И правильно делаешь, – улыбнулся Басов. – Замена личностей в корне ничего не меняет. Настоящие изменения происходят со сменой вектора развития. А здесь этого не произошло. Так что не переживай, Сергей, что не застрелил Ленина. Вот реформы, которые ты предложил, могли бы оказать свое влияние. Только я боюсь, что в сентябре и октябре семнадцатого предлагать их было уже поздно.

На экране появилось изображение многолюдного митинга перед храмом Христа Спасителя в Симферополе.

– А это первые свободные выборы президента в Крыму в пятьдесят пятом году – объявил Алексеев.

– Значит, они все же пришли к демократии! – воскликнул Чигирев.

– К либерализации, скажем так, – заметил Басов. – Здесь впервые была отстранена военная хунта, и у власти оказалась гражданская администрация. По-настоящему демократический режим появился там только к концу шестидесятых. Здесь тоже своя логика. Нельзя быть наполовину свободным, а наполовину холопом. Если еще Врангель начал движение к рыночной экономике, значит, страна неизбежно должна была прийти к либерализации общественной жизни. Точно так же в СССР было с нэпом. При сохранении диктатуры он неизбежно должен был исчезнуть. При сохранении нэпа диктатура вынуждена была бы дать населению гражданские и политические свободы.

– А вот интересно, – проговорил Алексеев. – Визит московского цирка в Санкт-Петербург в шестьдесят первом. Хрущев подписал с Британией соглашение о культурном обмене, под которое подпадал и Санкт-Петербург. С этого момента начался активный обмен делегациями, а к концу шестидесятых – и туристами. Правда, советскими идеологами Петербург все равно рассматривался как плацдарм международного империализма, что, в общем, было правдой. Здесь размещались британские военные базы, работал советский канал радио "Свобода".