– Я не смогу тратить баллы по своему усмотрению, пока вновь не наберу положительную сумму баллов?

– Не только! Это, на самом, деле мелочи. Если вы не сможете выйти в положительный баланс в течение года, то вас, скорее всего, переведут в лагерь технарей. Хотя, в вашем случае, вероятнее будет перевод в военный лагерь - у нас с Виктором Дементьевичем был об этом разговор. И больше никаких самостоятельных проектов - исключительно натаскивание по техническим дисциплинам и постоянное подкидывание нештатных ситуаций. Из вас сделают классного спеца, который сможет обслуживать и чинить технику практически в любых условиях, но и только.

Я криво улыбнулся:

– А изобретатели, значит, так и останутся дилетантами?

– Нет! Изобретатели тоже будут обучаться тому же самому. Вы понимаете, изобретатели - это другой статус. Остальные учатся по тем программам и направлениям, которые готовят изобретатели. То есть пока вы 'изобретатель', вы сами можете выбирать, что изучать. А если перейдете к спецам... Тьфу! К военным, то будете в обязательном порядке изучать то, что вам скинут по учебной программе сверху. Дополнительные занятия - только вне основной учебной программы. Весьма, я замечу, насыщенной.

– А если комиссия примет мой проект, тогда что?

– Хрон, вы все еще думаете, что у вас все получится? Знаете, как вас будут оценивать? Будут придираться ко всему. И даже если будет тень подозрения, что что-то сможет пойти не так, вам это засчитают в минус.

– А все же?

– Эхх. Вы все еще упорствуете. Вы в курсе, что четыре тысячи баллов отбить за один год практически не реально? Вы еще не узнавали принцип формирования стоимости балла?

– Что-то вроде того, что один балл равен сотне кредитов?

– Нет. Один балл - это один килограмм массы, доставленный к другой звезде. Плюс различные поправочные коэффициенты, в зависимости от сложности и надежности груза. К примеру, за вступительное испытание вы получили 7 баллов. И то это редкая удача, так как обычно получают по 1-2 балла. А инженерный робот, оплату которого вы так изящно обошли, стоил бы вам 2100 баллов. К вашему сведению, в среднем у нас зарабатывают 400-500 баллов за год. Уникумы, вроде Раджата, могут эту величину удвоить или даже утроить. Но получить 2000 баллов за год - это уже из разряда фантастики.

Я задумался: две тысячи на жилье и две тысячи в выигрыше. Это же четыре года работы! Владимир Владимирович помолчал немного, а потом спросил:

– Ну как, я вас убедил?

В ответ я посмотрел ему прямо в глаза и улыбнулся:

– Меня это более чем устраивает. Вызывайте комиссию.

– Хрон, я прошу вас подумать еще раз.

– Я уверен в результате.

Владимир Владимирович разочарованно махнул рукой:

– Как хотите. Я переговорю с руководством. О результатах вам сообщат на почту. Конец связи.

***

На поле, расположенном, за поселком, относящимся к четвертому корпусу, собралось несколько человек: пара в костюмах и с дипломатами, один в спецовке с планшетом в руках и еще один в длинном плаще с высоким воротником. Оставшиеся двое стояли чуть поодаль и тихонько переговаривались между собой:

– Владимир, как этот фарс называть! Тут же пусто! Как я комиссии это объяснять буду?! Мы же договаривались о сбросе в скафандрах, а я только что видела в поселке Елену. Она даже не села в дисколет!

– Ева Анатольевна, я сам ничего не понимаю. Хрисанф - очень самостоятельный молодой человек. Он узнал у меня только о месте и начале приема и больше ничего не захотел сообщить. Все остальные вопросы они решали самостоятельно.

– Тут же находится третий зам из администрации диктатора! Ты подумай, как мы будем выглядеть! Я вообще не знаю, что им говорить. 'Извините, мы не знаем где наши студенты?'

– Тише, услышат же. Погоди, вон, кажется, кто-то от поселка бежит. Вроде бы это как раз Елена. Сейчас, наверно, будут извиняться за срыв приемки.

Ева Анатольевна яростно прошептала:

– Это же катастрофа! Я их прикрывать не буду! Пусть сами отдуваются! За все! И за робота, и за материалы. И с военными пусть тоже сами разбираются!

– Погоди, с какими военными?

– Ты что, не в курсе? Я же думала, что у тебя все под контролем?

– Да нет же! Я вообще уже не знаю, остались ли места, где эта парочка еще не побывала. Что там с военными?

– Кошмар.