– Да не тяни ты, что у них за дела с военными?

– Не знаю! Со мной связались из военного лагеря и спросили, даем ли мы добро на их участие в программе Хрисанфа и Елены? Я подтвердила, что такие у нас есть, и сказала, чтобы по всем вопросам связывались с тобой.

Фигурка, бегущая из поселка, приблизилась, и стало слышно, как она что-то кричит. К сожалению, ветер сдувал звук в сторону.

– ...итеее!!!

Представители комиссии заволновались. В ее сторону повернулись лица:

– Кто это? Что она хочет?

Бегущая во весь дух Елена отчаянно махала руками и кричала. Внезапный порыв ветра донес:

– Ууухоооодииитеее!!!

Один из тех, кто, был в костюме, удивленно переспросил:

– Что?

Владимр Владимирович побледневшими губами только и смог произнести:

– Черт... Что-то у меня нехорошее предчуствие...

Сверху послышался нарастающий свист. Подбегающая девушка замахала руками еще отчаяннее:

– Да уходите же!!!

Свист становился все громче и превратился уже в гул, пробирающий до самого нутра. Комиссия начала оглядываться и на небо тоже, но низкая облачность и пасмурная погода мешали разглядеть, в чем дело. Девушка крикнула:

– Ложись!
– А потом бросилась ничком на землю и накрыла голову руками.

Мужчина в плаще подхватил:

– Воздух! Ложись!
– Затем толкнул на землю техника в спецовке, откинул в сторону одного человека в костюме и сбил с ног второго, накрыв его своим телом.

Из облака высверкнула ослепительная струя белого огня и ударила вертикально вниз в землю в паре километров от них. Ослепительная вспышка, нарастающий гул и через несколько томительных секунд ударная волна сбивает с ног впавшего в ступор Владимира Владимировича.

Кто-то из лежащих на земле ругнулся:

– Что за...

– Я их, понимаете, жду у центрального входа, бегаю по административному корпусу, а они где-то ходят.
– Голос был запыхавшийся и недовольный. На подбежавшую девушку уставились удивленные взгляды. Та, ни мало не смущаясь, продолжила ворчать:

– Можете вставать, дальше уже не так опасно.

Ева Анатольевна, отряхиваясь от земли, переспросила:

– А что, еще что-то будет?

– Конечно. Вон, как раз, следующая партия пошла.
– И вытянула руку в сторону недавнего взрыва.

– Па-па-а-азвольте.
– Заикающимся голосом произнес один из членов комиссии.
– Что зде-е-сь, п-происходит?

В отдалении набухал гриб взрыва. Он уже успел дорасти до окна в облаках, которое возникло после прохождения ударной волны. Через это окно посыпался огненный дождь и по ушам начали ухать частые разрывы. Правда, уже не такие мощные, как первый взрыв.

– Ч-что, эт-то т-акое?

Леля с самым невозмутимым видом ответила:

– Подготовка строительной площадки.

– Эт-то не под-дготовка, а ч-черт з-знает что!

В разговор вступил мужчина в плаще:

– Ева Анатольевна, может вы поясните нам, какое отношение имеет бомбардировка плазменными ядрами с орбитальной платформы к 'подготовке площадки' в частности и сбросу десантного жилого модуля в целом?

Женщина с каменным лицом отряхнула прицепившуюся травинку к рукаву и кивнула в сторону девушки:

– А это вам сейчас Елена объяснит. Если сможет. А заодно пояснит нам, почему она не в скафандре.

Леля весело ответила:

– А так я еще на корабле космическом. Меня здесь пока что нету.

Кто-то из комиссии хмыкнул:

– Как я понимаю, вы здесь для того, чтобы пояснить нам происходящее?

– Именно. На сегодня, кстати, ничего интересного уже не будет. Ближайшее мероприятие запланировано через пару часов.

– П-паз-звольте?

Тут заволновались и остальные члены комиссии:

– То есть это как? Мы, между прочим, занятые люди!

– Да! А тут вместо приемки прямо нам на головы бомбы бросают!

Леля огрызнулась:

– А вас сюда никто и не звал - сидели бы спокойно на мансарде, пили бы чай, смотрели на фейерверк, а я бы вам презентацию показывала. И да, между прочим, это не бомбы, а шаровые плазмоиды. Если смотреть по расходу рабочей массы для камеры нагнетания - всего 57 килограмм. С учетом поправочных коэффициентов на то, что данное сырье может быть произведено на месте да и при перевозке не требует особых условий хранения, военные оценили свои затраты по нашей бальной системе всего в 12 баллов. Взамен мы получаем ровную, обеззараженную площадку диаметром около трехсот метров и пару десятков котлованов под будущие строения.