– В таком случае, сядь, пожалуйста, за свой стол и записывай мое признание в сговоре с Сатаной и нечистой силой, - сахарно улыбнулась я. – А потом накатай приговор и подпиши его. Потому что я для тебя даже мизинцем не пошевелю!

– Драгоценная моя, с приговором я всегда успею, - в том же тоне отозвался мужчина. – Но сначала протащу тебя по всем возможным пыткам, сколько бы признаний ты не сделала…

– Делай, что хочешь, - с деланным равнодушием передернула я плечами, пытаясь подавить марш мурашек по спине. – Мне от инквизиции только одна дорога – на тот свет. И какая, к черту, разница, как умереть? Итог ведь все равно один.

– Ошибаешься, Эвелинн, - довольно улыбнулся Дамиан. – Если ты окажешь мне одна ма-а-аленькую услугу, то тебя отпустят и, более того, святая инквизиция забудет о твоем существовании.

Я насторожилась, подозрительно глянув на мужчину. С чего бы вдруг такая милость? Несколько минут я размышляла, потом решила, что хуже все равно не будет:

– И что за услуга?

– Вылечи моего сына. Он болен уже около полугода, с каждым днем ему все хуже, но ни один лекарь не может помочь. Последний из них обмолвился, что сейчас можно рассчитывать только на помощь Бога или Дьявола. В помощь Бога я не особо верю, а вот в ведьму…

– Лина! – резкий оклик Десмонда заставил воспоминание померкнуть. – Да что с тобой такое?! Ты сама не своя!

– Все в порядке, - поспешно отозвалась я, нервно облизнув пересохшие губы. – Просто задумалась…

– Уж, не о Вильгельме ли? – подозрительно прищурился Гончий.

– Почему ты так решил?

– У тебя такая ненависть на лице отразилась, что мне даже жутко на мгновение стало.

– Да? – натянуто улыбнулась я. – Но ты прав, я о Виле подумала…

Как только мужчина отвернулся, я набрала в легкие побольше воздуха и медленно выдохнула, пытаясь успокоиться.

Не представляю, что делать, если Дес окажется сыном Дамиана. Конечно, есть вероятность, что это всего лишь буйство моей фантазии, но я почему-то так не считала. Слишком много было совпадений.

Можно поспрашивать Гончего о его семье и детстве… Но что, если у него возникнут какие-нибудь подозрения? Что, если он захочет знать, почему меня интересует его прошлая жизнь? В самом деле, не скажу же я ему, что когда-то поделилась с ним душой?! А до этого еще и любовницей его папочки была… У меня на это элементарно духу не хватит!

Пока я думала, мы вплотную подошли к воротам Хорса. Во время кратких перерывов между душевными терзаниями я решила, что не стоит показываться на глаза привратникам, чтобы они раньше времени не доложили во дворец о моем появлении и не спугнули Шаена, а потому накинула на нас с Десом маскирующую иллюзию, позволившую незамеченными войти в город. Вообще-то, можно было просто скинуть личины и пройти стражу в своих собственных образах, но пара чужаков вызвала бы еще больше вопросов, чем воскресшая Покровительница. Идя по узким улочкам столицы талиеров, я пыталась сосредоточиться на мыслях о предстоящем разговоре с Кристой, но память упорно подсовывала мне образ ухмыляющегося Дамиана и каменного подвала, поэтому вскоре я смирилась с тем, что подумать о деле мне в ближайшее время, видимо, не суждено.

*****

Уж не знаю, какой Дес представил себе Правительницу талиеров после моих слов о ней, но челюсть у него отвисла знатно.

Криста была светловолоса, голубоглаза и до безобразия мила. Ее тоненькая фигурка и воздушный облик не допускали кощунственной мысли о каком-либо физическом труде для этого неземного создания. Впрочем, это совершенно не мешало ей быть одной из лучших мечниц среди своего народа.

Замерев напротив меня в коридоре, девушка в изумлении распахнула чистейшие и ясные глаза, напомнив удивленного ангелочка. Но только до тех пор, пока не заговорила, обращаясь к своему советнику, каменным истуканом замершему рядом:

– Нет, ну ты глянь! Ее тут похоронили недавно, траур справляют, а она заявилась, как ни в чем не бывало! Ты в курсе, родная, сколько на твои похороны потратили?

Да уж… Ангелочек бы подобрал другие слова для встречи хорошей подруги, не правда ли? Тем более той, которую ошибочно считала мертвой.

– Уж извините, что помешала, - язвительно отозвалась я. – Не думала даже, что вам так понравится провожать меня в последний путь…

Криста смерила меня долгим взглядом, потом захохотала как довольный бог-громовержец, совершенно не по-царски обхватив своего советника рукой за шею и звучно чмокнув его в лысеющую макушку:

– Я же говорила тебе, что эту заразу так просто не убьешь!

– Если уж ты так думаешь, то почему легко поверила в бредни Шаена и позволила ему объявить войну луттам? – сердито скрестила я руки на груди. – Криста, ты же не дура! Прекрасно понимаешь, чем это закончится!

– Да не было меня здесь, когда этот придурок траур провозгласил! – с досадой поморщилась Правительница талиеров. – Я в приграничную провинцию уехала с официальным визитом, он в это время успел объявить тебя умершей и сообщить луттам о начале войны! А эти остолопы, - девушка отвесила подзатыльник все тому же советнику, - решили «не тревожить» меня во время поездки, сначала все провернули, а потом уже мне письмо прислали с кратким изложением ситуации. Я примчалась сразу же, как только смогла, но, к сожалению, поздно. Правитель луттов даже разговаривать со мной не стал!