Но дежурный никаких данных для подполковника не получал. Однако передал Хожаеву приказ немедленно по возвращению зайти к кабинет к заместителю начальника.

– Пойду за очередным нагоняем…

Вздохнув, так и не успев к стакану прикоснуться, подполковник достал из сейфа свою папочку, вложил в нее лист с поисковыми мероприятиями, набросанными капитаном Трапезниковым, и ушел, ступая снова устало. Один вызов «наверх», бывает, способен испортить поднимающееся было настроение.

Вернулся Хожаев через полчаса, мрачно глянул на капитана и убрал папочку в сейф.

– И что начальство? – Трапезников к зеленому чаю успел быстро пристраститься и допивал уже третий стакан, согреваясь после холодной ночи.

– Приказать мне не приказали, но предложили…

– Что предложили? – не понял капитан.

– Написать рапорт с просьбой отстранить меня от этого дела.

– Почему? – Трапезников не понял. – Дело только начинает разворачиваться…

– Потому что Алимхан Абдулович Кашаев мне вроде бы как родственником приходится. У нас жены – двоюродные сестры… Алимхан почти родственник, а Зелимхан почти не родственник. Такая чисто кавказская градация отношений. И больничный халат возле моего дома… Начальство подозревает, что он именно ко мне направлялся, но лично мне непонятно становится, почему он свернул в другую сторону… Правда, он у меня дома никогда и не был, думаю, не знает, где я живу, тем не менее…

– Значит… – начал Трапезников.

– Ничего это не значит. Я обещал только подумать, поскольку прямого приказа не поступило…

Долго думать подполковнику не дали, потому что пришли два капитана – Алхасанов и Гареев – из отдела, который специализировался на работе персонально против полевых командиров, в том числе и против Зелимхана Кашаева.

– Поступаем в ваше распоряжение, товарищ подполковник, – сказал Алхасанов. – Приказ получили.

– Кто приказал?

– Начальник управления.

– Вот и хорошо… – подполковник даже улыбнулся. Проблема с рапортом снялась сама собой. Приказ начальника выше, чем пожелание заместителя. – Тогда начнем сразу с госпиталя, и с людей Дуташева. И дело стоять не будет. Капитан Трапезников, как автор идеи, выложит вам задачу… А мы с ним сами на несколько часов удалимся. Отоспаться надо…

Трапезников выложил, и даже в подробностях. Во время отсутствия подполковника он как раз эти подробности и продумывал. И в первую очередь предложил поработать с операторами сотовой связи, поскольку городские телефоны в госпитале Ханкалы работают через коммутатор, и звонить с такого аппарата рискованно, потому что всегда могут прослушать.

Алхасанов и Гареев записей не делали. Парни молодые, ровесники Трапезникова, и на память им жаловаться еще рано. К делу приступить намеревались сразу, но, уже выходя из дверей, Алхасанов остановился.

– Вы, кстати, знаете, где сейчас находится Зелимхан Кашаев?

– Думаю, как и все полевые командиры, убрался за границу… – предположил Хожаев. – Или в Грузии, или где-нибудь в Эмиратах. Его там несколько раз зимой видели. Говорят, у него жена с детьми в Бахрейне обосновалась.

– У нас есть предположение, что он остался в Чечне, – сообщил Гареев. – Не твердое предположение… Остался и сидит тихо, чего-то выжидая. И именно к нему должен добраться младший брат с какими-то сведениями. Иначе Алимхану просто нечего делать в Грозном. Он, несомненно, именно к старшему брату отправился. Туда, в горы… И искать Алимхана в городе не просто трудно, но и бесполезно. Искать его надо по дороге в горы.

– Легко сказать, – усмехнулся капитан Трапезников. – А сколько их, этих дорог?

– Не слишком много, если известно направление. А оно кому-то, как говорят слухи, известно. Мы еще на базу к спецназу ГРУ заедем. Нам говорили, что «грушники» предположительно базу Зелимхана нащупали, но почему-то молчат, хотя могли бы тяжелую авиацию вызвать и раздолбать эту базу в пух и прах…

– Что ж сразу молчали! – чуть-чуть даже рассердился Хожаев. – Откуда такие сведения?

– В РОШе шепнули… Мобильная группа полковника Согрина там, в горах. С ними связь была. А потом из Москвы пришел приказ отойти и не соваться… Согрин, наверное, уже отошел… Непонятная ситуация… Я подозреваю, что старший Кашаев и в Москве кого-то купил. Потому и приказ, грубо говоря, телефонный.

– Тогда мы и спать не поедем. Лучше спецназовцев навестим. Нам-то ведь никто не звонил. А если б и звонили… Со спецназом можно договориться… Они помогут тем, кому еще не звонили. Мне так кажется…

– К ним сегодня начальство из Москвы приезжает. Может быть, уже приехало. Лучше иметь дело напрямую с начальством.

– Кто приезжает?

– Полковник Мочилов. Знаете такого?

– Дважды встречались, – подполковник Хожаев от воспоминаний внезапно широко улыбнулся. – Первый раз в Афгане, когда оба молодыми капитанами были, как вы сейчас. Второй раз уже здесь свиделись. Я поговорю с ним.

– Тогда мы пошли.

Дверь за капитанами закрылась, а подполковник Хожаев стал набирать номер базы спецназа ГРУ, по которому он уже звонил ночью, когда общался только с дежурным. Сейчас ответил тоже дежурный, но Хожаев не стал объяснять, что ему надо, просто представился и сказал, что хочет поговорить с полковником Мочиловым. Так, словно уверен, будто полковник ждет его звонка.

– Он еще не приехал. Самолет приземлился, но полковника здесь еще нет. Возможно, застрял в РОШе. Он хотел заглянуть. Позвоните туда, товарищ подполковник.