– Но если мы сейчас задержим Алимхана, более того, если вместе с ним задержим и Кадыра Мамлеева, – сказал подполковник, – тогда…

– Тогда сорвете тщательно спланированную операцию, разрабатываемую нами в течение полугода. Сам Зелимхан в этом случае в отряд не приедет, поскольку отпадет в этом надобность. И отряд будет до лета распущен по домам.

– И вы нам рекомендуете…

– Я вам рекомендую не слишком стараться. Я даже прошу вас об этом, поскольку приказать вам права не имею. Нам необходимо дождаться момента, когда Зелимхан будет вместе со своим отрядом. Это ловушка для всех, чтобы накрыть всех сразу… Но, самое главное, я поделился своими соображениями только с тобой, Рамазан, и с твоим сослуживцем, потому что хорошо тебя знаю. Дело это тонкое, и я категорично прошу никаких разговоров на эту тему не вести ни с кем, даже со своим прямым руководством. И даже в том случае, если вас обвинят в халатности. Я не зря сказал, что с нами работает «Альфа». Генерал Астахов уладит потом все неприятности. Он сам прилетит сюда вскоре.

– Я понял, Юра… Мы постараемся не мешать, – сдержанно кивнул Хожаев и поднялся.

Трапезников поднялся вслед за ним. Во дворе базы они стали свидетелями новой картины. Один за другим в ворота въезжали тентованные грузовики с глухо задернутыми пологами. И только внутри пологи открывались, и из машин повзводно выгружались солдаты спецназа ГРУ.

Частями начал прибывать батальон.

Рано утром, когда Доктор Смерть улегся в соседней комнате на пару часов вздремнуть, потому что центнер с лишком тренированного тела тоже иногда просит отдыха, его сменил за компьютером сам Басаргин, только что отоспавший договоренные два часа в нормальной постели за стеной, то есть в собственной квартире. И почти сразу пришло из Грузии, транзитом через штаб-квартиру в Лионе, сообщение о том, что среди боевиков, находящихся на зимнем отдыхе в Грузии, заметно значительное оживление. Независимо друг от друга формируют и вооружают свои отряды полевые командиры Закария и Дуташев, словно собираются выступить в Чечню в разгар зимы. При этом ведутся активные разведывательные работы в районе границы. Тем же самым заняты люди Зелимхана Кашаева, но эти в дополнение спешно формируют сильный отряд турецких и арабских наемников, стараясь набрать не столько специалистов, которые всегда в дефиците, сколько количественный состав. Сирийские, палестинские и ливанские наемники, по непроверенной информации, должны прибыть на пополнение к эмиру Закарии. В настоящее время отряды Закарии и Дуташева насчитывают приблизительно по сто пятьдесят человек каждый. Если пополнение прибудет к Закарии, его отряд значительно увеличится. Вместе с наемниками грузинский отряд Кашаева насчитывает около ста человек. Данных о наличии бойцов в отряде, оставшемся в Чечне, в грузинском антитеррористическом бюро не имеется.

По непроверенным слухам, Закария ждет прибытия самолета со стрелковым оружием. Откуда прибудет самолет – неизвестно. Грузинское антитеррористическое бюро Интерпола, если слухи подтвердятся, попытается проконтролировать эти поставки. По всей вероятности, это может быть только международный рейс. В течение суток транспортные самолеты прибывают в Грузию только из четырех стран – из Молдавии, из Украины, из России и из Польши. Россия, думается, не заинтересована в том, чтобы поставлять оружие, которое потом уйдет на ее территорию к террористам. Кроме того, известно, что российский самолет привезет оборудование для ремонта нитки газопровода, через которую российский газ поставляется в Грузию и дальше, транзитом, в Армению. Грузинские специалисты по трубопроводам с нетерпением дожидаются этого самолета, потому что нитка газопровода в аварийном состоянии, и, в случае разрыва, Грузия будет ощущать значительный недостаток энергоносителей в разгар зимнего отопительного сезона. Остается три страны – вероятных поставщика. Возможно, груз будет на одном из этих самолетов. Любая из перечисленных стран имеет возможность поставить оружие с бывших советских складов, чтобы не возникло осложнений с последующим обеспечением унифицированными боеприпасами.

Подобного оживления среди боевиков в это время года до сих пор не наблюдалось, из чего руководитель грузинского антитеррористического бюро Интерпола делает вывод, что на территории Чечни, вероятно, готовится некая значительная террористическая акция, срок которой можно исчислять самым непродолжительным временем, поскольку отряды боевиков готовы вот-вот выступить. При этом указывается именно и непосредственно на Чечню, а не на другие кавказские республики, потому что разведка границы ведется большими силами наблюдателей именно в районе Чечни.

Доктор Смерть, услышав, что Басаргину подвалила работа, не поленился встать и прийти, на случай если понадобится помощь. Все же с компьютером из всех сотрудников бюро он дружил больше всех.

– Что там? Разобрал? – спросил, останавливаясь в дверном проеме и занимая своей гигантской фигурой его целиком.

– Думаю, что пришло как раз то недостающее звено, которое не давало мне возможности понять, в каком месте Астахов с Мочиловым водят нас за нос.

– Так они все-таки водят?

– А ты не сомневался в их искренности?..

Доктор заулыбался, отчего его борода расплылась в ширину.

– Я всегда сомневаюсь в искренности сотрудников любых спецслужб. Работа у нас такая, что если будешь, как первый дурак, всегда рубить правду-матку в глаза, то на всю жизнь в дураках, как говорится, и останешься. Но я честно верил в твои таланты и чувствовал, что свои носы мы вовремя и дружно повернем в нужную сторону, – сонно пробасил Доктор Смерть. – Я бы пошел дальше спать, поскольку ты с работой и без меня справился, боюсь только, что любопытство теперь уснуть не даст. Объясни умному, но недогадливому сотруднику, что тебя смутило в откровениях уважаемых коллег?

– Нецелесообразность…

– То есть?

– Нецелесообразность всех мероприятий в достижении конечного результата. То, что нам неумело врал Сережа Яблочкин, может являться только попутной целью, но отнюдь не главной. Яблочкин, если ты помнишь, заявил, что они хотят вообще дискредитировать перед финансистами террористическое движение в Чечне. И имеют для этого все документы. Что бы ты сделал на их месте?

– Или опубликовал бы эти документы, или передал бы их другим полевым командирам, чтобы устроить между ними заварушку…