Заходил в магазин крестьянин-единоличник со своей лошадью. Ослепленный блеском начищенных инструментов, он принимал музыкальный магазин за Торгсин, куда он приехал сдавать навоз. Почему навоз? Да потому, что ему сказали в деревне, что навоз – это золото.

Арнольд Григорьевич придумал к этой сценке танцующую лошадь, которую изображали два джазмена. По свидетельству очевидцев, «лошадь» имела огромный успех. Она выбивала чечетку, лягалась, падала, раскинув ноги в разные стороны. Зал хохотал до слез, когда лошади поправляли ноги и она, поднявшись, оказывалась вся перекручена.

Заглядывал в магазин и «американский дирижер», импровизирующий русскую оперную классику на свой, американский джазовый стиль, и молодой парень, ищущий новые граммофонные пластинки.

Все эти четыре роли были написаны «под Утесова», он их блестяще сыграл. Альберт Триллинг выступал в роли директора магазина, играл на скрипке, танцевал и участвовал в пантомиме; Валентин Ершов изображал девушку, заглянувшую в магазин по дороге на рынок; Николай Минх, композитор и дирижер, – настройщика роялей, Аркадий Котлярский и Зиновий Фрадкин играли гиганта-мальчишку и его маленького старенького папашу; Николай Самошников оказался удивительным артистом и неподражаемо изображал самоубийцу-музыканта, которого спасали, достав из воды. Он рассказывал, что его никуда не берут на работу. Тогда его просили сыграть, но после первых же душераздирающих звуков кларнета музыканты брали самоубийцу-кларнетиста за руки и за ноги, несли к мосту и бросали обратно в воду.

Зрители смеялись на этом спектакле не только благодаря репризам и остротам – смех вызывала сама музыка, необычное звучание знакомых мелодий.

Когда на спектакль пришел Борис Захарович Шумяцкий, «Музыкальный магазин» был показан уже более ста пятидесяти раз. Этот спектакль и стал той первичной основой, на которой появился фильм «Веселые ребята».

Стихи к песням для фильма писали несколько авторов. Но Утесову они не понравились. Так, «Марш веселых ребят» сначала имел такой текст:

В конце припева Утесов должен был петь, обращаясь к стаду:

Леонид Осипович просто не мог этого петь, он тайно от всех встретился с Василием Ивановичем Лебедевым-Кумачом и попросил его написать стихи, которые соответствовали бы характеру Кости Потехина. И особенно просил его позаботиться о рефрене – чтобы никаких бугаев!

Так появились знаменитые слова «Марша веселых ребят»:

Кроме того, Лебедев-Кумач написал лирическую песню Кости Потехина «Сердце, тебе не хочется покоя» – настоящий шедевр.

Утесов был рад успеху этих песен, но еще больше он радовался тому, что с них началась творческая дружба художников, которые прежде не знали о существовании друг дру га, – Дунаевского и Лебедева-Кумача. Их песни завоевали огромную популярность, стали символом того времени. Известно, что на совещании передовых производственников в Кремле после партийного гимна все стихийно, не сговариваясь, запели «Легко на сердце», а в 1937 году Конгресс мира и дружбы с СССР в Лондоне закрылся под «Марш веселых ребят».

Съемки кинофильма проходили в кинопавильоне Москвы, а часть так называемых натурных съемок – в Гаграх. Когда монтаж кинокартины был завершен, то по заведенным в то время правилам нужно было получить разрешение для выпуска его на публику, на широкий экран. Такое разрешение давали чиновники, ведающие культурой, иногда члены правительства, а порой решение принимал сам Сталин.

Поначалу «Веселых ребят» посмотрел Горький. Фильм ему понравился. «Талантливая, очень талантливая картина, – говорил он. – Сделана смело, смотрится весело и с величайшим интересом. До чего талантливы люди! До чего хорошо играет эта девушка».

Особой похвалы Горького удостоились насыщенные эксцентрикой эпизоды со стадом Кости, сцена своеобразной репетиции – потасовки, в которой музыканты, не переставая ни на минуту играть, вели «сечу при коммунальной квартире», ухитряясь при этом использовать контрабас в качестве лука, флейту – вместо стрелы, а медные тарелки – вместо боксерских перчаток.

«А какая драка! – говорил Горький, – это вам не «американский бокс»… Сцену драки считаю самой сильной и самой интересной… Это первая экспериментальная комедия. Она удалась, и нужно, чтобы советский кинематограф ставил веселые вещи. А то ведь скука, нудьга. Очень желательно иметь… бодрые, веселые, занимательные фильмы. И в этом отношении советский кинематограф еще очень мало сделал и должен очень много сделать».

Именно Максим Горький порекомендовал Сталину посмотреть «Веселых ребят», и тот, вдоволь насмеявшись, кинокартину похвалил. Так, в ноябре 1934 года состоялась премьера первой отечественной музыкальной комедии и началось триумфальное шествие Кости Потехина – Леонида Утесова – по киноэкранам мира.

Благодаря фильму приобрели всемирную славу и Любовь Орлова, и Леонид Утесов, и его джаз.

Композитор Анатолий Лепин вспоминал: «Выход этого фильма был поистине как взрыв, как фейерверк – такого у нас еще не было. Безудержная фантазия, выдумка, искрометное веселье и, конечно же, каскад песен – все это обрушилось на зрителя, как водопад, ураган. И надо сказать, некоторые захлебнулись и возмутились – как, у нас такое, зачем это нам? Как у всякого нового жанра в искусстве, у «Веселых ребят» нашлись тогда противники, потому что это было действительно рождение нового жанра в советском кино – жанра музыкальной комедии.