«С ума сойти, какая важная персона! — Джуффин не выдержал и послал мне зов. — Нам с тобой такие чины не светят, мой бедный сэр Макс!»

«Вчера их было раза в три меньше, — сообщил я. — Наверное, парень всю ночь сочинял продолжение!»

«Вынужден тебя разочаровать: ни один уроженец Арвароха не способен „сочинить“ что бы то ни было! Просто вчера он решил, что вы с Мелифаро не настолько важные птицы, чтобы обладать подробной информацией о его драгоценной персоне. Наш король, разумеется, заслуживает несколько большей откровенности… Думаю, что когда парень попадет на торжественный прием к своему грозному Мертвому Богу, которому истово поклоняются эти красавчики, он будет говорить о себе дюжину лет кряду, не умолкая ни на миг, поскольку это будет первым в его жизни поводом рассказать о себе абсолютно все».

Безмолвная лекция Джуффина была прервана самым неожиданным образом. Куруш, сладко дремавший под его лоохи, наконец-то проснулся и захотел выбраться на свободу.

— Я хочу посмотреть на этих людей! — безапелляционно заявила птица.

— Конечно, милый, только тихо! — шепнул буривуху Джуффин, усаживая его на свое плечо.

И тут произошло нечто невероятное.

Алотхо Аллирох, безупречный «повелитель двух полусотен Острозубов», чья спина никогда не сгибалась в поклоне, молча повалился на колени. Белокурая голова глухо стукнулась о мягкий ковер. Его свита последовала примеру своего командира.

— О, великий буривух! — сдавленным от волнения голосом простонал Алотхо. — О, великий буривух!

Я решил, что наш высокий гость обезумел.

В зале воцарилось некоторое замешательство. Даже величественная маска Гурига временно уступила место нормальному человеческому удивлению.

— Жители Арвароха обычно несколько преувеличивают наше могущество, — невозмутимо сообщил нам Куруш. — Впрочем, людям вообще свойственно преувеличивать.

— Ты прав, умник! — улыбнулся Джуффин. — Но не стоит переубеждать этого достойного человека. Пусть остается при своих заблуждениях, они могут принести нам немалую пользу. Правда, Ваше Величество?

— Совершенно с вами согласен, — прошептал король. — Какая жалость, что мы не знали об этом раньше!

Тем временем Алотхо начал приходить в себя. Он восхищенно посмотрел на Куруша.

— Какая великая честь мне оказана! Чем я могу отблагодарить тебя, о великий буривух?

— Я нахожусь здесь, потому что так хотят Его Величество Гуриг VIII и Почтеннейший Начальник сэр Джуффин Халли, на службе у которых я состою. Благодарите их за оказанную вам милость. А теперь поднимитесь с земли, дети мои.

Мы с Джуффином изумленно переглянулись. Куруш говорил столь царственно, что на месте Его Величества Гурига я бы безотлагательно уступил ему свой трон.

Алотхо и его свита наконец-то встали с пола. Теперь белокурый великан смотрел на короля с настоящим благоговением.

— Никогда в жизни я не смел мечтать о подобной чести! — побелевшими от волнения губами проговорил он. — Завоеватель Арвароха Тойла Лиомурик Серебряная Шишка никогда не забудет, какая честь была оказана его посланцам! Он велит сложить не меньше двух полутысяч песен об этом событии, и я сам сложу первую из них…

Король, хвала Магистрам, уже успел адаптироваться к новой ситуации. Он снисходительно улыбнулся.

— Мы решили оказать вам эту честь, поскольку наши дружеские чувства к Тойле Лиомурику остаются неизменными. К тому же мы по-прежнему готовы оказать вам помощь в вашем нелегком деле. Мне будет чрезвычайно приятно, если вы не преминете ею воспользоваться.

Последняя фраза прозвучала как приказ, правда, весьма любезно сформулированный.

— Я сделаю так, как вы хотите, — смиренно сообщил Алотхо.

— Я испытываю радость от ваших слов. — Король едва заметно улыбнулся. — Сэр Джуффин Халли, здесь присутствующий, будет ждать вас завтра в Доме у Моста. Не сомневаюсь, что он и его коллеги способны перевернуть Мир, дабы восстановить справедливость, жажда которой заставила вас пересечь все океаны Мира по следам дерзкого беглеца. Прощайте, господа, ваше общество доставило нам истинное наслаждение!

Я был абсолютно уверен, что Гуриг говорит чистую правду: наслаждение мы все получили отменное, особенно Куруш…

Мы вернулись в Управление. По дороге Куруш вел себя как только что коронованный император.

Запершись в кабинете, мы с Джуффином выжидающе посмотрели на напыжившуюся птицу. Буривух молча чистил перышки как ни в чем не бывало.

— Тебе не кажется, что нам необходимо объясниться, милый? Что там у тебя произошло с этим красавчиком? — спросил шеф.

— Ничего особенного. Люди Арвароха почитают нас, буривухов, как богов. И не совсем небезосновательно. Там, где нас много, Мир таков, каким мы хотим его видеть. А Арварох — единственное место в Мире, где нас по-настоящему много… Мы любим красивых людей, поэтому люди Арвароха красивы. У них глаза такого же цвета, как у нас, поскольку нам нравится этот цвет. Они молчаливы, потому что нам неинтересно слушать их разговоры. Они деятельны, поскольку нам интересно обсуждать их дела. Мы живем сами по себе, но наши старики приходят умирать к людям Арвароха, чтобы наслаждаться, созерцая эти создания: все же они представляют собой венец наших общих усилий… Люди Арвароха любят умирать, ибо верят, что каждый может родиться вновь птенцом буривуха. Это — всего лишь суеверие, но иногда нам кажется, что им это каким-то образом удается. Не всем, конечно… Словом, для людей Арвароха мы действительно боги — в некотором смысле… — Куруш равнодушно моргнул и принялся за орехи.