— Да, все это я знаю, — кивнул Джуффин. — Но неужели ты хочешь сказать, что арварохцы тоже осведомлены о вашем могуществе? Никогда бы не подумал!

— Они не знают. Они чувствуют. Люди Арвароха знают мало, зато чувствуют правильно, — объяснил буривух.

— Да, вот это новость… Что ж, в любом случае это просто отлично! Теперь они у нас будут как шелковые.

— Не будут, — возразил Куруш. — Они станут слушаться меня, конечно. Но если я попрошу этих людей сделать что-то, идущее вразрез с их правилами и законами, они просто умрут, поскольку им легче умереть, чем поступить неправильно. Люди Арвароха считают смерть наилучшим выходом из любого затруднительного положения.

— Самураи какие-то! — хмыкнул я.

— Как ты их обозвал? — заинтересовался Джуффин.

— Самураи. Можете себе представить, в том Мире, откуда я родом, тоже есть такие ребята. Но их жизнь представляется мне куда более печальной: у них не было буривухов.

— Да, это они зря! — согласился Джуффин. — С буривухами куда как лучше, правда, милый? — Он рассеянно погладил пушистую спинку мудрой птицы. — Представляете, что будет с этим парнем, если мы устроим ему экскурсию в Большой Архив?!

— А мы устроим? — обрадовался я.

— Может быть, и устроим. Если будет себя хорошо вести. Или, наоборот, слишком плохо. Тогда нам придется принять меры… Впрочем, я здорово опасаюсь, что храброе сердце Алотхо Аллироха не выдержит подобного потрясения. Поэтому обойдемся без экспериментов.

Джуффин поднялся с места и злорадно улыбнулся.

— Все, я пошел отдыхать. А вы оставайтесь и работайте. Вот такой я жестокий! Ты потрясен, Макс?

— Не-а, не потрясен. Мы с вами уже довольно давно знакомы, так что я всегда готов к самому худшему. Надеюсь, бальзам Кахара лежит в том же ящике, что и раньше?

— А куда он мог деться? Кому он нужен, кроме тебя?

— Сейчас выпью полбутылки и начну буянить от тоски! — мечтательно сказал я. — Работа сегодня ночью мне вряд ли светит, если я правильно понимаю ситуацию. Веселье начнется завтра, да?

— Ага. Кстати, если тебе приспичит немного прогуляться, я не возражаю. В ближайшие дни нам всем будет не до этого, так что лови свой шанс, парень!

— Ладно, — кивнул я, — попробую.

На том мы и расстались.

Я полчаса поскучал, а потом послал зов Мелифаро.

«Как поживает твой заморский сувенир?»

«Замечательно. Днем он гулял по Ехо. К сожалению, не заблудился. Зато заработал второй фонарь, уже под правым глазом. Получилось очень красиво!.. Кстати, ты еще не хочешь взять его себе? Может быть, тебе скучно? Я уже начинаю уставать».

«Спасибо, я как-нибудь перебьюсь!»

«Да? Впрочем, так я и думал… Ладно, на сегодняшний вечер у меня отличные планы. Думаю отвести это чудо в Квартал Свиданий. Может быть, угомонится. Или все-таки потеряется… Хочешь поучаствовать?»

«В качестве наблюдателя — с удовольствием!»

«Ну а в каком же еще качестве? Дамы его сердца? Для этого ты слишком редко бреешься!»

«Ничего не редко! — возмутился я. — Только я еще и голодный, ты в курсе?»

«Ты всегда голодный. Ладно, приходи в „Счастливый скелет“. Это как раз между моим домом и Кварталом Свиданий. В это время суток ребята обычно выбрасывают объедки, думаю, они позволят тебе в них порыться».

«А ты привык ужинать именно таким образом? Как интересно! Учту на будущее».

Я уже собирался выходить, когда мне на глаза попалась собственная дорожная сумка. Я возликовал и поспешно переоделся, чтобы удовольствие было полным.

— Повелевай этим миром в одиночестве, о великий буривух! — Я отвесил Курушу глубокий поклон на прощание.

— Не забудь принести пирожное, — напомнила птица.

Это была наша священная традиция: если я смываюсь со службы, Куруш получает пирожное. Впрочем, когда я всю ночь напролет сижу в кабинете, он все равно получает пирожное: в глубине души я полностью разделяю арварохскую точку зрения на буривухов.

Мелифаро в «Счастливом скелете» не было. Странно: по моим расчетам, этому шустрому парню уже давно полагалось сидеть за столиком, приканчивая десерт. Я внимательно огляделся, но коллегу так и не обнаружил. Устав удивляться, я занял место за столиком в глубине уютной ниши и внимательно уставился на дверь.

Мелифаро появился чуть ли не через полчаса. Позади важно следовал Рулен Багдасыс, на сей раз в оранжевых лосинах и новой меховой шапке, размеры которой поражали воображение. Под толстым слоем пудры загадочно лиловели благоприобретенные «фонари». Я восхитился и помахал им из своего уголка.