Нас тоже не заставили страдать от голода и жажды. Оказалось, впрочем, что камру при дворе готовят много хуже, чем в «Обжоре Бунбе». Я подумал, что теперь уж точно никогда не ввяжусь в заговор с целью присвоить себе корону — вернее шляпу — владык Соединенного Королевства. Не имеет смысла!

Когда Куруш умолк, король восхищенно покачал головой.

— Вы — единственные обитатели Соединенного Королевства, для которых романтика древних времен не стала страницей истории! Откровенно говоря, я завидую вам, господа.

— Ну что вы, мы далеко не единственные, — улыбнулся Джуффин. — Уверен, жизнь наших клиентов куда романтичнее!

— Да, конечно. Но им приходится слишком дорого за это платить, — заметил король.

— Иногда, — согласился Джуффин.

— Думаю, расплата неизбежна, поскольку им приходится иметь дело не с кем-нибудь, а именно с вами… Ваше общество доставило мне истинное наслаждение, господа. Могу ли я рассчитывать на ваше присутствие во время официального визита воинов Арвароха?

— А в котором часу вы их ожидаете? — осведомился Джуффин.

— Скоро. — Его Величество рассеянно посмотрел в окно. — Если солнце меня не обманывает, они будут в Малом Приемном Зале с минуты на минуту… Мне хотелось бы, чтобы вы остались. Прежде всего потому, что эти господа наверняка нуждаются в вашей помощи и, конечно, опеке.

— Я и сэр Макс счастливы выполнить любое ваше желание, Ваше Величество!

— Ну так уж и любое! — неожиданно рассмеялся Гуриг. — Ставлю сотню корон, что у меня найдется не менее дюжины желаний, исполнение которых не доставит вам особого удовольствия.

Джуффин призадумался, затем одобрительно хмыкнул.

— Не рискну с вами спорить.

— То-то же! — подмигнул ему король.

Кажется, я становился ярым монархистом: глава Соединенного Королевства нравился мне все больше и больше. «Жаль, что мы оба такие занятые люди. Да и профессии у нас чересчур разные, — подумал я. — При других обстоятельствах с этим дядей вполне можно было бы подружиться». Признаться, я совершенно забыл, что с недавних пор мы с Его Величеством Гуригом VIII стали в некотором роде коллегами…

— Этот господин уже спит, — шепотом сообщил король, указывая на Куруша.

— По-моему, это его самое естественное состояние, — улыбнулся Джуффин, нежно укутывая птицу полой своего лоохи. — Вы не обидитесь, если он проспит весь этот ваш прием?

— Сэр Куруш волен делать в моем дворце все, что ему угодно.

Гуриг VIII смотрел на спящего буривуха с неподдельным восхищением юного натуралиста.

«Малый Приемный Зал» оказался настолько велик, что разглядеть лица придворных, выстроившихся у противоположной стены, было совершенно невозможно. В центре зала неподвижно замер великолепный Алотхо Аллирох. На этот раз парень явился без своего паукообразного «домашнего любимца». Не знал, очевидно, что наш монарх — великий любитель живой природы.

У ног арварохского посла лежало оружие, позади стояла свита: целая сотня могучих воинов в одинаковых негнущихся плащах и мягких сапожках, такие же светловолосые, желтоглазые и нечеловечески красивые, как и он сам. Придворные глазели на них с доброжелательным любопытством.

Сэр Джуффин Халли едва заметным жестом поманил меня за собой. Мы заняли место слева от Королевского кресла, полагающееся нам по регламенту. Справа от трона было тесно: там толпились многочисленные вельможи. А рядом с нами стоял только один господин средних лет в бело-голубом лоохи, свидетельствующем о его принадлежности к Ордену Семилистника, Благостному и Единственному. Он едва заметно поклонился нам с Джуффином: более плотное общение в данных обстоятельствах не допускалось правилами придворного этикета.

Наконец в зал вошел наш недавний собеседник. Неторопливо взобрался по драгоценной лестнице к своему трону, каковой чуть ли не на несколько метров возвышался над полом, успел сочувственно улыбнуться нам с Джуффином и торжественно воссел на престол. Его лицо стало непроницаемой ледяной маской величия и скуки.

— Я приветствую тебя, чужеземец, — король говорил с Алотхо, едва размыкая губы. — Поведай нам, кто ты и какого рода дела привели тебя к моим ногам?

Парень опустил голову, изображая почтительный поклон, а потом снова завел свою давешнюю волынку:

— Я — Алотхо Аллирох из клана Железнобокого Хуба, владыка Алиурха и Чийхо, Грозноглядящий Повелитель двух полусотен Острозубов, могучий и верный воин Тойлы Лиомурика Серебряной Шишки, Завоевателя Арвароха, повелевающего им до пределов Мира, Поливальщик Царского Дерева Пряных Цветов, Хранитель столовых ковров, Подающий третью чашу на Пиру Новолуния после супруги и Старшего Виночерпия, бессменный Кормчий Царской Лодки на озере Улфати, имеющий право носить костяные башмаки на иглах Зогги, Запирающий Царские покои Владыка полусотни связок ключей, Начальник расправы над Исисоринами, Говорящий девятое и двенадцатое слово во время Царской Игры в Лауни, Убивающий птицу Кульох двумя взглядами, одним ударом и одной хитростью, Вносящий три горсти монет в гробницу Кварги Ишмирмани, Разводящий огонь под царским котлом для Ватлы, Владеющий наречием Моринов, съедающий свинью Маюши в два с половиной присеста и сложивший два раза по два полудесятка песен о своих великих подвигах.