— Ну почему же, можно и лекцию прочитать, — вздохнул Джуффин. — Только я буду краток, поскольку рассказывать особенно нечего. Этот, как ты изволил сказать, «счастливчик» отдаст Пустому Сердцу всю свою кровь, цветок напьется, и всеобщее безумие прекратится… Насколько мне известно, потерять всю свою кровь и остаться в живых решительно невозможно, поэтому «победителю» не позавидуешь! А вот какие мы будем принимать меры, я пока не знаю. Вернее, знаю, но не уверен, что в данном случае моего мнения достаточно. Поэтому думать будем вместе. Поскольку ситуация из ряда вон выходящая, мы все в одной лодке: у меня тоже нет соответствующего опыта. Кстати, и Магистр Нуфлин понятия не имеет, как можно уберечься от этой напасти. Что касается Нуфлина, сия скверная новость стоила ему сердечного приступа… Магистры знают, что творится: никогда бы не поверил, что такой могущественный колдун, как Нуфлин Мони Мах, может свалиться с обыкновенным сердечным приступом, будто какой-нибудь пожилой лавочник, потерявший свои капиталы! Впрочем, возможно, он просто симулирует…

— Симулирует? — оживился Кофа. — Да, было бы забавно!

— При всем желании не могу счесть это забавным, — пожал плечами шеф. — Сейчас всего можно ожидать. А уж от Нуфлина — тем более… Значит, так, господа. Условия задачи таковы: через несколько дней у подножия Холоми начнет цвести Пустое Сердце. К нему будут ломиться абсолютно все жители столицы и окрестностей. Возможно, на следующий день подоспеют жители других городов Угуланда — впрочем, по сути, это уже ничего не изменит… Вот и подумайте: что мы можем сделать в такой ситуации?

— А что, собственно говоря, происходило в прошлый раз? — спросил Мелифаро. — Насколько я понял, Пустое Сердце цветет не впервые…

— Да, не впервые, — кивнул Джуффин. — Но в последний раз это событие случилось около шести тысяч лет назад. В то время Ехо был совсем маленьким городом, окруженным непроходимыми лесами. Так что битва за Пустое Сердце хоть и попала во все исторические хроники как самое кровавое событие тех лет, но унесла не больше тысячи жизней — примерно треть взрослого населения. Королевскому семейству повезло: у тогдашних правителей были очень мудрые слуги, которые не побоялись связать своих владык по рукам и ногам и спрятать в глубоком подвале. Поэтому династия не прервалась.

— Ну, кого-кого, а Его Величество Гурига мы уж точно можем запереть в подвале, — оживился сэр Кофа. — Полагаю, даже силу применять не придется: молодой король — человек разумный. Если вы ему все объясните…

— Ну, предположим, Гурига мы действительно спрячем, — неохотно согласился Джуффин. — И что дальше? Связать все население Ехо по рукам и ногам? Идея заманчивая, но, чтобы успеть, нам надо было начать еще в прошлом году…

— Связывать не обязательно. Можно дать им глубокий наркоз, — рассмеялся я. — Что может быть лучше!

— Что ты имеешь в виду? — нахмурился шеф.

Мне показалось, что его чертовски раздражают мои мужественные попытки любой ценой сохранять хорошее настроение. Странно: вообще-то, до сих пор считалось, что именно это от меня и требуется…

— Усыпить всех на фиг, и дело с концом, — смущенно объяснил я, прогоняя с лица никому не нужную улыбку.

Джуффин посмотрел на меня с искренним восхищением. Было бы с чего!.. Признаться, я удивился, что он сам не додумался до столь простого решения. Впрочем, вполне могло быть, что он-то давным-давно до всего додумался, но решил придержать свои идеи в рукаве и посмотреть, на что мы годимся. Кто его разберет, этого кеттарийского хитрюгу!

— Так, — наконец сказал Джуффин, — звучит неплохо. И как ты себе это представляешь?

— Ну, как… — Я пожал плечами. — Наверное, есть какое-нибудь сильное снотворное или еще лучше — подходящее заклинание. Вам виднее, я же пока дилетант… А помните, как вы остановили время в доме вашего соседа Маклука? Может быть, можно остановить его во всем городе?

— Это, к сожалению, не получится. Время можно остановить только в закрытом помещении. Разве что методично обойти все дома в городе, но на это у нас попросту не хватит времени, — Джуффин раздраженно пожал плечами, словно досадуя на дурацкие законы природы. — Но твоя идея усыпить всех горожан очень даже ничего. Насколько я знаю, существует одно полезное древнее заклинание, Колыбельная Маннаха. Всего-то девятая ступень Белой магии, для равновесия Мира практически безопасно. Одна правильно исполненная Колыбельная действует в радиусе до двух миль. Простой фокус, но утомительный чрезвычайно… Конечно, с нас дюжина потов сойдет, пока мы усыпим весь город, но в этом деле мы можем рассчитывать на активную помощь Ордена Семилистника. Колыбельная Маннаха — их достояние, поэтому специалистов у нас будет больше чем требуется…

— А мы? — неожиданно спросила Меламори.

Ее голос невозможно было узнать, и это испугало меня куда больше, чем дикая история о Пустом Сердце, в которую я, впрочем, никак не мог по-настоящему поверить…

— Что ты имеешь в виду, девочка? — ласково спросил Кофа.

— Неужели не ясно? — она обвела нас сухими, но блестящими, как у больного лихорадкой, глазами. — Я хочу понять: а мы тоже начнем ломиться к этому кошмарному цветку, убивая друг друга?

— Мы тоже люди, леди Меламори, хотя и довольно могущественные, — неохотно сказал Джуффин. — Поэтому все, что я говорил о прочих, касается и нас. Собственно говоря, именно по этой причине сэр Лонли-Локли подал в отставку. Полагаю, он уже удаляется от Ехо на максимальной скорости, на которую способен его амобилер.

— Он испугался? — изумленно спросил Мелифаро. — Вот тебе и Лонки-Ломки! Грешные Магистры, вот уж не думал, что этого парня так легко напугать…

— Я полагаю, он просто решил оградить нас всех от своего общества, — мягко сказал Джуффин. — Следует признать, что, когда дело доходит до убийства, Шурф действует куда эффективнее, чем большинство присутствующих здесь. К тому же следует учесть, что на зов цветка будет идти не знакомый вам сэр Шурф Лонли-Локли, а Безумный Рыбник, во всей своей первозданной красе. Полагаю, сэр Кофа еще помнит, что это был за тип, и может на досуге любезно просветить любопытствующих. Пожалуй, только я сразился бы с ним на равных. Могу еще допустить, что у Макса хватило бы — не умения и могущества, а скорее удачи! — чтобы уцелеть, да и то сомнительно… Так что сэр Шурф поступил честно и предусмотрительно, избавив нас от своей персоны.