– Теперь дам, если только скажешь волшебные слова.

Маша вопросительно посмотрела на мужчину.

– Скажи: займись со мной любовью.

– Только сказать? И все? – настороженно спросила она. Он утвердительно кивнул.

Тетерев был абсолютно спокоен и расслаблен, поэтому девушка посчитала, что ей ничего не угрожает. Несколько секунд поколебавшись, она решилась.

– Хорошо, – посмеиваясь сказала она, – займись со мной любовью.

Неожиданно Лёня плавно, словно пантера, встал. Швецова поразилась легкости и грациозности его движений. И ещё она поняла, что от его спокойствия не осталось и следа – его глаза горели каким-то странным блеском.

Он подошёл к ней и вдруг поднял на руки. Маша рефлекторно обхватила его за шею.

– Ч-ч-то ты делаешь? – испуганно прошептала она, и Лёня уже по пути в спальню снизошёл до ответа.

– Исполняю твою просьбу!

Теперь Маша все поняла: и то, как он ловко заманил её в ловушку, и как глупо она в неё попалась.

– Я не…

Но, не дав девушке договорить, Лёня закрыл ей рот поцелуем, и она ощутила молочно-шоколадный вкус суфле на его языке. Это был самый сладкий поцелуй в её жизни, и так как она была жуткой сладкоежкой, то не смогла отказаться от такого угощения.

Швецовой так и не удалось попробовать десерт, зато она испытала двойной оргазм, о котором вовсе не жалела и не променяла бы ни на какое суфле.

Глава 5

Самое трудное время для кассирш – с шести до девяти вечера, когда наплыв людей просто колоссальный. Маша уже несколько часов подряд беспрестанно обслуживала покупателей, от которых стало рябить в глазах, а спина затекла от однообразной позы. Но все когда-нибудь заканчивается, и к десяти остались лишь несколько посетителей, неспешно выбирающих продукты. Теперь она могла отдохнуть и снова помечтать.

Было очевидно: она влюбилась, и это состояние души было одновременно замечательным и пугающим. Но был и маленький червь сомнений, не дававший в полной мере насладиться возникшим чувством.

С того вечера, когда Маша так много нового узнала о Леониде Тетереве, прошло уже больше двух недель, и она не получила от него ни сообщения, ни звоночка. Возможно ли, что он остыл, добившись желаемого? Но Швецова готова была поклясться, что он хочет её до сих пор. Но тогда почему её телефон молчал?

Её желание увидеть его усиливалось с каждым днем, но позвонить первой было неловко. Она боялась показаться навязчивой, но и забыть его не могла.

В её размышления ворвался нарастающий гул голосов. Маша вдохнула – у Мышкиной снова неприятности. Подвыпивший покупатель готов был её растерзать, осыпая оскорблениями.

Бедная «мышка», как про себя называла Маша Виолетту, вжала голову в плечи и тряслась как осиновый лист. Её тихие, робкие объяснения не были слышны за громовым криком мужчины. Швецова никак не могла оставить девушку в беде, ведь нерадивый покупатель уже готов был перейти от слов к делу. Убедившись, что возле её кассы никого нет, она поспешила к «мышке».

– Виолетта, можешь отдохнуть, я разберусь, – подталкивая расстроенную девушку к выходу, прошептала она.

А потом, покачав пальчиком, словно ругая проказливого мальчишку, лучезарно улыбнулась мужчине.

– Что ж вы так наших девушек обижаете? – проговорила она задорно. – Некрасиво, такой мужчина и… – она неодобрительно покачала головой и, к её удовлетворению, он стыдливо опустил глаза.

– Я… я…

– Чем я могу вам помочь? – спросила она доброжелательно, не собираясь более смущать его.

– У меня есть карточка со скидкой, но я забыл её дома, – пояснил он свою проблему. – Я объяснял это кассирше, даже номер продиктовал, но она отказалась его проверить, – снова начал заводиться покупатель.

Маша напряженно размышляла, как безболезненно для обеих сторон выйти из ситуации. Виолетта действовала строго по инструкции, за нарушение которой была бы наказана. И что теперь ей предпринять, чтобы снова не разозлить мужчину? Швецова с вежливо-профессиональной улыбкой попросила продиктовать номер карточки.

Как только она ввела данные, оказалось, что срок действия истек совсем недавно, и он бы никак не смог получить скидку, даже имея карточку при себе.