Я ждал, что они приведут Дерека или мою мать.

Я не знаю, мог бы я мог позволить им умереть из-за меня. На самом деле, я не знаю. Я не мог. Мой отец, его семья, Ян, Стэйси, никто. . . Любой, кого бы они привели с собой, даже не имеет значения, если я их знал. Я никому не дам умереть из-за меня.

Однако, они не привели мою семью. Это было еще хуже.

12

Я перестал дышать, когда увидел ее.

Я знал, что она была реальной, а не какой-то галлюцинацией, потому что ее темные волосы слиплись на голове с пятнами засохшей крови. Ее левый глаз заплыл. Ее голые руки были покрыты синяками. Ее лицо было черно-синим, а ее губы кровоточили. Она боролась, когда они пытались взять ее.

Джаннель.

Это было не то воссоединение, которое я себе представлял.

Она не смотрела на меня. Она держала голову опущенной вниз, подбородком к груди. Два одетых в форму охранника держали ее, их руки у нее под мышками, волоча ее ноги за спиной. Были синяки вокруг ее запястий от того, чем ее удерживали. Она не издавала ни звука. Единственная причина по которой я знал, что она была в сознании - то, как она вздрогнула, когда Константин потянулся к ней.

– Стой, - сказал я, мой голос охрип.

Я посмотрел на Джаннель и молча умолял ее взглянуть на меня.

Константин провел руками по волосам Джаннель.
– У твоего друга, возможно, не было семьи, но ты . . .
– он схватил ее за подбородок, заставляя поднять голову, и звук, который вышел из ее рта ударил мне в сердце. Это был звук загнанного в угол зверя, умоляющего о чем то.

Я попытался встать, и один из охранников схватил меня и швырнул обратно на землю. Я напрягся, напротив него, пытаясь подняться снова.

Константин убрал волосы Джаннель, и я смог увидеть, что ее лицо было мокро от слез.

– Если вы не работаете для меня . .
– сказал он .

– Стой, - сказал я. Мне не нужно было слышать все, что он собирался сказать дальше.

Он поднял пистолет и направил на ее голову.

– Я сделаю это!
– закричал я.

Он остановился и повернул голову в мою сторону.

Я сглотнул, переваривая то, что это может значить. Вытягивать людей из их миров, доставляя их сюда, чтобы этот мудак делал с ними все, что хотел. У этих людей нет Джаннель, чтобы спасти их жизни, чтобы дать им что-то, чего они будут ждать с нетерпением. У них нет лучшего друга, как Эли или даже Рид, ребят, которые имели бы свои недостатки, но всегда были преданны. Они были одиноки.

Но я посмотрел на Джаннель, в синяках и сломленную, и я не мог допустить, чтобы еще что-нибудь случилось с ней.

Я не мог позволить ему убить ее.

– Я буду работать для тебя, - добавил я.
– Просто дай ей уйти.