— Я не понимаю ваших претензий, Эльвира Илларионовна, — почтительно сказал мастер.

Да, с этой женщиной лучше не шутить.

— Всё довольно просто, мастер, вы только что… — дальнейший разговор был закрыт звуконепроницаемым щитом, и все разочарованно вздохнули.

Старикашка побледнел, а потом энергично закивал. Потом, судя по всему, сказал что-то Корад, так как два мага повернули головы к нему. Потом что-то сказала Эльвира, и старикашка уже схватился за сердце. Эльвира сказала ещё что-то, а затем развернулась и пошла в сторону выхода.

"Всё будет нормально, Лина, — услышала я её голос в голове. — Ты можешь спокойно изучать магию рун. С преподавателем я договорилась".

"Эльвира, тебе попросили кое-что передать", — быстро промыслила я, заметив чёрную фигуру, машущую руками на втором этаже.

Неожиданно все замерло. Звуки исчезли. Эльвира вмиг оказалась передо мной.

— Что? — спросила она у меня спокойным тоном.

— Вот, — я сняла с руки браслет и отдала ей.

Она взяла его, обвела мимолётным взглядом и одела на руку.

— Спасибо, Лина. Ещё увидимся.

— Пока, — сказала я.

Звуки и движения вернулись снова, а женщины уже в зале не было.

— Интересно, что Алмазная Леди такого сказала, что алмазный маг в каком-то поколении так побледнел? — задумчиво поинтересовалась Мелитриса.

— Чтобы она не сказала, реакция была классная, — улыбнулась Ася.

А так и смотрела на то место, где была Эльвира минуту назад, не замечая, что у меня против воли на лице расплывается улыбка.

Вечером я позвонила отцу и сообщила эту радостную новость.

— Молодец, Лина, — улыбнулся отец в кристаллическом экране. — Я знал, что у тебя получиться.

Мой отец был немолодой мужчина, с чуть седеющими. Глаза у него были тусклого зелёного цвета, оттенок которых отражался и в моих глазах. На губах, чуть обветренных, играла лёгкая полуулыбка. Я видела за его спиной рубку дирижабля. Отец примерно год, как бросил пить, полежал немного в больнице, и вот теперь устроился на старую работу. Он был капитаном воздушного судна между королевствами. Хоть маги у нас были и сильные, но ни кто не спешил ставить направо и налево порталы. Я не спрашивала, почему, а так, слышала, что они или потребляют много энергии, или слишком дорогостоящее удовольствие.

— Мелитриса сказала, что если мы будем очень много заниматься сначала теоретически, а потом практически, то к концу года сможем получить десятую ступень, — обрадовалась я. — Правда, я не знаю, получиться ли у меня? Это ведь достаточно сложно будет. Нужно столько знать, столько уметь.

— Учись, Лина. Ведь тебе никто не мешает, — сказал отец. — После десятой выбирается наставник, так ведь.

— Или продолжается обучение в магическом вузе, — кивнула я.

— А есть маги, которых ты бы хотела видеть в качестве своего наставника?

— Есть, — кивнула я. — Только боюсь, меня не возьмут.

— А кто? — заинтересованно спросил отец.

Я поёрзала на стуле перед экраном магафона.

— Эльвира Илларионовна Бессмертных, — ответила я.

Отец рассмеялся заразительным смехом.

— Ну, вот, даже ты смеешься, — покраснела я.

— Ох, Лина, тебе как в голову что-нибудь придёт, так ты потом очень долго жалеешь об этом.

— Лучше бы молчала, — фыркнула я.

— Нет, хорошо, что ты сказала. Давай подумаем вместе. Вот что будет, если она выберет тебя своей ученицей?

— Она меня не выберет, — вздохнула я. — Она обучала только тринадцать принцев за всё время. А учитывая, что родился четырнадцатый принц, то мне вообще ничего не светит.

— Лин, я не утверждаю. Я предполагаю. Вот, допустим, вот она тебя взяла к себе в ученицы. Как ты думаешь, что вы с ней будете делать?

— Она меня будет учить заклинаниям, показывать, как надо использовать энергию, научит создавать порталы, — сказала я.

— Какая же ты наивная, — улыбнулся отец. — Плохо ты представляешь себе процесс обучения у этой леди.

— А ты будто знаешь, как? — обиделась я, сложив руки на груди.

— Я имею более-менее точное представление о её методах, — сказал отец. — Я ведь далеко не шестнадцатилетний ребенок.

— Папа! — возмутилась я.