Четвертый член экипажа – молодая, необыкновенной красоты девушка Жанна, настоящая столичная фотомодель. Высокая, стройная, с идеальной фигурой и шальными черными глазами, очень и очень соблазнительная и привлекательная. Свежий ласковый ветер игриво трепал ее густые темные волосы. Она весело смеялась, полулежа на фальшборте и вытянув длинные, безупречной формы ноги, радостно подставляла лицо жарко палящему солнцу. Иногда поворачиваясь, опускала руку навстречу бегущей волне, черпала полной ладонью и окатывала множеством мелких сверкающих капель сидящего на корме Германа, умудренно и снисходительно взиравшего на забавы прекрасной речной наяды.

– Выпадешь за борт! – рулевой сделал изрядный глоток, отхлебнув виски прямо из горлышка красочной бутылки.

– Сам не свались! – перегнувшись и низко склонив голову, Жанна долго вглядывалась в ускользающую глубину. – Модная жилетка «от Бриони», - она показала на свой спасательный жилет, - не даст мне исчезнуть в пучине. – А твой где, кстати? – веер брызг сорвался и захлестнул кормчего.

– Я фаталист! Чему быть, того не миновать. Да и плаваю неплохо, уж часок-то, хоть как на воде продержусь. А там вы меня, надеюсь, спасете…

– Никто тебя спасать не будет! Кому ты нужен? Без тебя неплохо отдохнем на острове! – Жанна шутливо смотрела на Антона. – Робинзон будет доволен…

– Вот так дружище, никому ты, оказывается, не нужен, - решил подыграть Антон. – Но ведь ты фаталист! Чему быть, того не миновать, - со смехом глядя на девушек пошутил он.

– Никто не любит старого Германа, - изобразив огорченное лицо, капитан достал из кармана глиняную трубку и начал сосредоточенно раскуривать.

– Хороший табак! Гавайский… Они туда какое-то веселящее зелье из слоновой травы подмешивают, - густые клубы дыма уносило ветром. – Дикий народ. Туземцы. Что с них взять? До сих пор бегемотов за богов почитают… - он глубоко, до слез, затянулся, надолго задержав дыхание.

– Будешь? – протянул трубку стоящей рядом Ольге и во все глаза смотревшей на необычного яхтсмена. – Попробуй, не пожалеешь.

– Спасибо, я не курю… - она испуганно отшатнулась, вцепившись обеими руками в туго натянутый канат.

– Не смущай мою невесту, - пришел на помощь Антон. Жанна заливисто смеялась, с озорным огоньком глядя на зардевшуюся девушку.

– Не слушай его, Оля, он ненормальный, но совсем безобидный, вроде австралийского ленивца. Сейчас накурится – купаться полезет. Потом сказки рассказывать начнет.

«- Какая она все же красивая! – Ольга очарованно смотрела на удивительную прелестницу. – Веселая, общительная, остроумная. Свободная, независимая. Настоящая леди!
– она ревниво оглянулась на управлявшегося с такелажем Антона. – Вот бы мне такой быть!»

– Напрасно отказываетесь, дамочки. Хороший табак, - глаза хозяина яхты заметно посветлели и приобрели задумчивую мечтательность.
– Пираты Карибского моря только на нем и держались, когда заканчивалась провизия, - Герман мягко и снисходительно взирал на девушек.

– Ленивец… - добродушно проворчал он. – Эх, Жанна, ну какой из меня ленивец? Ты видела, какие у них ручищи?

– Вот-вот, в точности как у тебя! Загребущие… Весь город своими бензоколонками опутал!

– Это бизнес, Жанна. Бизнес. А, хорошо… - Герман чуть привстал, внимательно оглядел горизонт.

– Хорошо! – повторил он. Так бы и шел под парусами. Далеко… Хочу в Ниццу перебираться, морскую яхту брать. И в кругосветку. Полгода в море. Девятый вал, шторм… Жанночка, пойдешь со мной в кругосветку?

– Пойду! Как собачка побегу. На край света. У Жанночки пока еще крыша не съехала с тобой вокруг шарика крутиться. Под парусами. Возьми вон, ленивца с собой, научи его трубку курить, и плывите себе на здоровье…

Ольга прыснула от смеха, представив подобную картину.

– Зря, Жанна, - Герман даже не улыбнулся, задумчиво выпуская сизый дым. – Не романтичная ты. И балет не любишь…

– Не люблю! – она грациозно двинулась к нему. – Зато я люблю тебя! – присела к нему на колени и прижала его голову к своей груди. – Тебя, тебя… ленивца, - горячим поцелуем впилась в губы.

Чуть отдышавшись и заново набив трубку волшебным зельем, кормчий, одной рукой держась за румпель руля, другой обнимая прекрасную Венеру, рассказывал внимательно слушавшей его Ольге:

– Я и говорю ему: давай соберемся вместе, возьмем палатку, кеды, встретим вечернюю зорьку. Костер, рыбалка, необитаемый остров. А он мне – невеста, невеста… Оля, Оленька… - смешно передразнил Антона.
– Бери, говорю, красавицу с собой, я хоть заценю.

– Ну что, заценил? – Антон, улыбаясь, слушал откровения старого друга.