— Первое, что я сделаю, как только всё устаканится, — медленно сказала я, — возьму Монти за грудки и вытрясу из него клятву научить меня защищаться от внушения. Надеюсь, у уивернов есть техники, которые я смогу усвоить.

— Это всё из-за Дрейвена, да? — спокойно спросил он, впервые на моей памяти не споткнувшись на имени.

Помедлив, я покачала головой.

— Не знаю. Проблема в том, что неизвестно… Как объяснить? Не знаю, какой человек появится рядом со мной, когда всё закончится — в том числе и с внушением. Тот, которого я узнала на нижних ярусах, был заботлив и относился ко мне… скажем так, с симпатией. Но кто появится, когда внушение будет снято? Захочет ли этот уиверн иметь дело со мной? Вдруг… Вдруг он затеет со мной тяжбу из-за наследства? В общем, вопросов у меня много, и, боюсь, меня ждёт то ещё весёленькое времечко.

Вывод из разговора Руди сделал странный. Он посмотрел на троицу. Мужчина, который до сих пор обнимал девушку, теперь придерживал и парня, прикорнувшего на его плече. Как будто отец — спящих детей. Я тихонько вздохнула. А Руди негромко сказал:

— Думаю, они возражать не будут, если я им предложу поездку к моему другу на другую планету. Кажется, я привык, что мне постоянно приходится кого-то опекать. То район. То тебя. Теперь вот они. Жизнь, — философски завершил он.

И вдруг обернулся на верхние лестницы. Слух у него отменный. Я лишь через минуту расслышала топот ног и еле чувственное дребезжание и подрагивание лестниц. Мужчина, со спящими, насторожился: было заметно, как он напрягся.

— Помощь, — тихо, но чётко сказала ему я.

Еле видный кивок, чтобы не потревожить спящих. Кажется, неизвестный решил, что, раз мы помогли в таком безнадёжном деле, как битва с мутантами, теперь можно нам довериться во всём. Мисти же, напротив, встал с рук Руди и начал дожидаться бегущих сверху, безотрывно выглядывая их, пока не появились. Так что Монти, сбегающего по лестницам в сопровождении четверых, стоя встречали только мы с Руди.

— Что с ними? — резко спросил Монти, кивая на сидящих.

— Отдыхают, — поспешно сказала я. — Нам пришлось столкнуться с «пауками», если ты понимаешь, о ком я.

— Очень даже хорошо понимаю, — с облегчением пробормотал Монти и повернулся к стене, где находилась намертво закрытая дверь.

В его руках появился предмет, похожий по форме на блок вирт-связи. Им-то он и провёл вертикальную линию по левой части двери, где обычно находятся замок и ручка. Что-то щёлкнуло — и дверь поехала в пазы каменного косяка. Дневной свет, даже приглушённый, едва дошедший сюда с верхних ярусов, всё равно сумел затушить свет на лестницах почти до мрака.

Мисти первым вышел на улицу. Его не испугал даже гул повисшего над асфальтом вертолёта. Или уже привык к громадным летающим машинам? Правда, сильным движением воздуха его слегка оттолкнуло назад, к дверям на лестницу. Пришлось взять его на руки. Кот и не возражал.

Уиверны быстро помогли нам сесть в вертолёт — и никто из них не вякнул насчёт мутации. Попробовал бы кто… Я вышла, заранее настроенная на надменные вопли, и успокоилась лишь тогда, когда дверца в пассажирский салон закрылась, а вертолёт поднялся и помчался переулками. Трое беглецов, недоверчиво и со страхом смотревших на уивернов, сообразив, что всё пока складывается для них неплохо, снова и уже с комфортом устроились на пассажирском сиденье и уснули.

Так получилось, что я села между Руди и Монти.

— Что с Адэром?

— Ему больше никогда не быть начальником системы безопасности, — спокойно откликнулся Монти. — И… Лучше тебе не видеть его.

— В каком смысле? — Я задрала подбородок и как можно высокомерней спросила: — А если мне хочется ему пару ласковых сказать? Как бывшему служащему?

— Мне очень жаль огорчать тебя, Лианна… — Монти опустил глаза, и я вдруг поняла, что дело плохо. — Тебе никогда не удастся ему что-то сказать — так, чтобы он понял.

— Кровь Драконьего гнезда, — не спрашивая, тяжело выговорила я после недолгого молчания. — Плохая кровь… Он… сошёл с ума? Значит, я догадалась правильно. Насчёт родства… Монти, но мы ведь недавно его видели. Вроде было всё… — Перед глазами плеснуло: Адэр нервничает, берёт в руки оружие — и успокаивается. Но кулаки, стиснувшие оружие, слегка продолжают подрагивать.

— Кровь уивернов предполагает, что родственники-уиверны могут находить друг друга, даже не зная о присутствии друг друга же в одном помещении. Адэр «услышал» Дрейвена и пошёл на зов крови. А когда увидел живого Дрейвена… Отчаяние было слишком огромным. Адэр же надеялся, что Дрейвен мёртв. Всё и произошло. Ему повезло, что в тот момент Дрейвен был не один.

— Почему повезло?

— Дрейвен сейчас тоже не в лучшей форме. Он просыпается от внушения, и это состояние раздвоенности его здорово угнетает. А врач боится давать ему лекарства. Так что Дрейвен ищет любой способ разрядиться. А тут такой соблазн — убить кинувшегося на тебя с явным намерением убить.

Руди удручённо качнул головой. И что тут скажешь?

Но у меня вопросов накопилось много.

— Монти, почему ты так сочувствуешь Дрейвену? Прости за прямой вопрос, но я уже устала от недомолвок. Или ты предпочитаешь не отвечать?