– А давай вместе готовить, – толстяк с неожиданным для такого жирного увальня проворством вырвал автомат из ее рук и придвинулся вплотную.

Дальше все происходило очень быстро. Женщина отступила на шаг, толстяк снова шагнул к ней, Николка обернулся к нему с дробовиком наперевес, а водитель уже целился в парня из «макарова».

Алекс взял на мушку водителя, но Швед оказался быстрее. Грохнул выстрел, водитель вылетел из седла и мешком рухнул в траву. Швед направил ствол на толстого кочевника, но тот, сообразив, что напарника подстрелили из лесополосы, притянул к себе женщину и прикрылся ею. Попятился к байку, положив ствол отнятого «калаша» ей на плечо. Дуло скользило вдоль зарослей… Кочевник, таща за собой заложницу, отступал… пока не уперся затылком в дуло николкиного дробовика. Немой паренек совершенно хладнокровно обошел его сзади и сейчас тихо промычал, тыча стволом в жирный загривок мародера.

– Ну ты чего, пацан, я ж пошутил! – проговорил толстяк, водя глазами по опушке лесополосы, выискивая стрелявшего. – Мы же не всерьез! А вы сразу стрелять… Сейчас вся наша бригада подвалит, что тогда делать будешь, а? Они уже едут, слышишь, нет? Или ты еще и глухой?

Тут Николка, наверное, обиделся – он, резко развернув оружие, врезал кочевнику по затылку прикладом. Удар был хорош, но пришелся в такую толстую жировую подушку, что не свалил толстяка. Тот пошатнулся, женщина вывернулась из его объятий, кочевник обернулся к немому… Швед с Алексом выстрелили одновременно. Две пули вошли в грудь мародера и швырнули в траву.

Бродяги снова подбежали к разбитой телеге. Толстяк не блефовал – на дороге уже показалась пыль, поднятая колонной рыночных. Двое на мотоцикле были головным разъездом крупного отряда, и с такой силой пятерым никак не справиться.

Женщина замерла, обхватив себя руками, и не сводила глаз с мертвых кочевников. Видно, никак не могла прийти в себя от потрясения. Швед схватил ее за плечи и крепко встряхнул:

– Валить надо! Эй, очнись! Вам с сыном здесь нельзя! Убьют! Ты мотоцикл повести сможешь?

Женщина мотнула головой – нет, не может. От шока стала немой, как и сын.

– Николка?

– Мм! – пацан тоже отказывался, только жестами, зато гораздо выразительнее матери. Не умеет водить.

– Тогда дуйте в заросли, – велел Швед. – Бегите или прячьтесь. Не шумите и на глаза не показывайтесь. Мотоцикл мы берем, покрутимся здесь немного, подождем, чтобы кочевники нас заметили. Потом у них на глазах уедем, ясно? Они не подумают, что здесь кто-то еще был. Погонятся за нами, надеюсь.

Женщина все еще пребывала в ступоре, но Николка все сообразил правильно, взял мать за руку и поволок к зарослям.

– Алекс, в коляску. Все стволы собери, заряди. Потом, может, некогда будет. Держи наготове, под рукой. Яна… ты позади меня.

Отдав команды, Швед уселся в седло. Алекс с охапкой трофейного оружия загрузился в коляску, примерился, как будет разворачиваться на ходу, как стрелять. В его распоряжении оказался обрез и короткоствольный автомат, марки которого он не знал. Никогда раньше такие не попадались.

Колонна приближалась, пыль клубилась из-под колес. Швед подобрал защитные очки застреленного водителя, перевесил свой «калаш» на грудь, перекинув ремень через шею, и наблюдал за приближением кочевников. Яна с тревогой заметила:

– Может, тронемся? Они уже близко. Впереди байк с коляской, окуляр блестит, видите? В бинокль на нас пялится.

От колонны отделились два мотоцикла – один с коляской – и устремились к разбитой телеге.

– Сейчас поедем, – пробормотал Швед. – Не суетись.

– Ну да, не суетись. Они же в меня стрелять будут, я у тебя за спиной! Тебе хорошо говорить, ты-то за мной спрятался.

– За тобой спрячешься… это разве что мышонку удалось бы – за тобой укрыться. Держись крепче, пигалица.

Швед дал газ и, к удивлению Алекса, направил машину навстречу кочевникам.

– Эй! Ты что! Не туда! – заорала Яна и пару раз стукнула кулаком по широченной спине водителя.

– Не дергайся, – буркнул Швед, перехватывая автомат. Он дал короткую очередь по подъезжающим мотоциклистам и вырулил с дороги на пустошь. – А теперь держись всерьез!

Мотоцикл запрыгал по неровной поверхности, позади стеной поднималась пыль. Алекс вертелся в коляске так и этак, но кочевники были по другую сторону пылевой завесы, наугад стрелять не хотелось. А преследователи уже открыли огонь, однако их пули уходили в сторону.

Швед постепенно выворачивал обратно к грунтовке. Алекс все пытался выбрать позицию для стрельбы, но никак не удавалось прицелиться. При первой же возможности он дал пару очередей по переднему байкеру. И, конечно, промазал.