Директор лесозаготовительного треста, озадаченный подобным подходом, перекинулся несколькими фразами с адвокатом, после чего Геннадий Павлович, с явным раздражением, проследовал к выходу и закрыл за собой дверь.

«А этот…?» – нерешительно произнёс Севастьянов, кивнув на Трошина, всё ещё стоявшего возле дверей.

«Моя личная охрана…» – понимающе улыбнулся Алик, спокойно пояснив – «Сами понимаете, Савелий Федорович, безопасность превыше всего – время сейчас такое. Впрочем, он достаточно далеко, чтобы не слышать деталей нашего разговора…».

Директор ещё раз покосился на молчаливого и хмурого Александра, обдумывая возможность продолжения разговора в подобном составе, после чего поинтересовался – «Что Вы хотели предложить?».

«Савелий Федорович, если не возражаете, я буду с Вами предельно искренен, поскольку, у нас мало времени, и к тому же в данный момент мы оба знаем о произошедшем намного больше, чем все люди, столпившиеся за этими дверями. А раз так, то нам нет смысла ходить вокруг да около…» – резонно предложил Легасов и, отпив кофе, сделал небольшую паузу, после чего, отметив про себя заметно повысившийся интерес со стороны собеседника, холодно продолжил – «Признаться, Севастьянов, своим экстравагантным и неожиданным шагом Вы удивили многих, в том числе и меня. Я, безусловно, понимаю деловые интересы и обстоятельства, толкнувшие Вас на ликвидацию руководства Владивостокского порта. В целом, я бы даже сказал, что Воротилов и Маслов своим поведением во многом сами определили свою судьбу, столь беспардонно и грубо вторгаясь в сферу экономических интересов различных групп влияния. Во всём произошедшем меня же искренне удивило совсем другое…».

«Не уверен, что понимаю Вас правильно… Что именно Вас удивило?» – заметно напрягшись, тише переспросил директор треста, боязливо покосившись на Трошина, до которого могли долететь отдельные фразы их разговора.

«Меня удивило, то, что Вы, с виду рациональный и здравомыслящий деловой человек, решили впутать в историю своих отношений с портом международную террористическую группу. Разумеется, искренне надеясь, что всё это позволит отвести от Вас возможные подозрения, пустив следствие по ложному следу…» – спокойно развёл руками Алик, с улыбкой продолжив – «И это зная о репутации экзорцистов, казнивших уже почти две сотни чиновников различного уровня. Севастьянов, Вы же, надеюсь, не думали, что они простят Вам подобное несогласованное использование бренда, созданного их кропотливым и многолетним трудом? Или же Вы наивно полагали, что они попросту не смогут выйти на Ваш след в Иркутске?».

Савелий Федорович резко побледнел и, нервно расстегнув верхнюю пуговицу дрожащими руками, невнятно пробормотал – «Вы, очевидно, меня с кем-то путаете – я не имею никакого отношения ни к порту, ни к тому, что произошло там, на мосту…».

«А ведь интересная история была там – на мосту…» – с леденящей душу улыбкой произнёс консультант. От пронзительного тяжёлого взгляда внимательно смотревших на него зелёных глаз молодого человека, Савелию Федоровичу стало не по себе.

«Думаю, Севастьянов, Вы и сами до конца не знаете, как Вам повезло там, на мосту…» – рассудительно продолжил Легасов, пояснив – «Во-первых, Вас спасло то, что первым Вас нашли не экзорцисты, а эти неудачники. Во-вторых, Вам повезло, что этих охотников за головами мало интересовала Ваша жизнь и Ваши прегрешения во Владивостоке. В-третьих, Вам сильно помогло, то, что их отвлёк взрыв автомашины, в котором погиб один из их товарищей. Полагаю, Севастьянов, мне не стоит говорить Вам, что этот килограмм тротила в машине предназначался в основном для Вас, а не для этих несчастных искателей приключений…».

«Чёрт возьми…» – машинально повторил Савелий Федорович, налив себе дрожащими руками стакан воды и залпом опустошив содержимое, после чего, с испугом взглянув на сидевшего напротив него юношу, директор треста нервно переспросил – «В смысле, откуда Вам всё это известно?».

«Если бы не Ваша завидная прыть с препятствиями в направлении леса, Севастьянов, и те два никчёмных свидетеля, полагаю, Вы бы уже здесь не сидели…» – спокойно пожал плечами Алик, с улыбкой добавив – «По крайней мере, именно так мне рассказали всю эту историю Ваши друзья – экзорцисты…».

«Экзорцисты?!» – еле выговорил директор треста, едва не потерявший дар речи, после чего несколько придя в себя, эмоционально продолжив – «Этого не может быть! Это невозможно! Какое им вообще до меня дело?!».

«Севастьянов, вероятно, Вы не знаете некоторых подробностей того, что случилось с Борисом Козьминым. Журналистом, которого Вы вслепую использовали для публикации своей заказной статьи об участии экзорцистов в инциденте с руководством порта» – с улыбкой понимающе кивнул консультант и, сделав глоток, кофе, пояснил – «Дело в том, что сразу после выхода статьи в гости к журналисту наведались неизвестные, пытками принудившие его раскрыть источник своей информации. Или иными словами сдать Вас. Причём наведались две совершенно разные группы людей. С одной из них Вам удалось впоследствии познакомиться на мосту. Вторая группа ещё только ждёт своего шанса увидеть Вас…».

«И это они? Да?» – переспросил Савелий Федорович и, проглотив подкативший к горлу ком, дрожащим голосом уточнил – «Экзорцисты?».

«Именно. И они просили передать Вам, Севастьянов, своё небольшое деловое предложение…» – улыбнулся Легасов, холодно продолжив – «Суть же данного предложения сводится к следующему. Или Вы сами, добровольно, садитесь за содеянное, а именно, за организацию ликвидации портовиков, или скоропостижно заканчиваете свою жизнь в одном из дорожно-транспортных происшествий в Иркутской области. Выбор варианта, безусловно, за Вами…».

«Я Вам не верю…» – с искренним ужасом, отразившемся на побледневшем лице, медленно произнёс директор треста. После чего, снова залпом выпив воды, Савелий Федорович, с натянутой улыбкой с опаской переспросил – «Да и кто Вы, вообще, такой, чтобы экзорцисты с Вами разговаривали? Это розыгрыш…».

«И, действительно, кто я такой?» – с холодной улыбкой переспросил консультант, иронично добавив – «Всего лишь на всего, посредник, да и только…».

При упоминании «посредника» в памяти директора треста, всплыли многочисленные газетные материалы и Интернет публикации, посвящённые деятельности движения экзорцистов и единственное лицо, публично мелькавшее на фотографиях, обычно сопровождавших подобные статьи…