«Гриш, кстати, наш источник из следственного управления, помимо переданных материалов по вчерашнему инциденту, рассказал довольно интересную историю – Легасов не только никак не отреагировал на появление информации о ликвидации чиновника федерального уровня, но даже не счёл необходимым присутствовать на оперативном совещании, срочно собранном по данному вопросу руководителем главка. Вот так…» – произнёс Эльдар, с иронией добавив – «Занятная реакция, не находишь?».

«Меня бы это удивило, если бы речь шла о реакции кого-нибудь другого, а не нашего независимого консультанта по юридическим вопросам или как он там себя сейчас именует. Поскольку, Легасов единственный во всём следственном управлении, кто, действительно понимает, что именно вчера произошло. Понимает, что участь чиновника уже давно была предрешена – с того проклятого взрыва в загородном особняке, унесшего жизни двух экзорцистов и, тем самым, подписавшего, Матвею Захаровичу смертный приговор. Понимает, что вчерашней ликвидацией Ярова экзорцисты поставили нас на колени, заставив всех чиновников клуба разом усомниться в нашей способности гарантированно обеспечить их личную безопасность. Понимает, что это удар – удар в самое сердце Легиона, подорвавший шаткое равновесие последних месяцев…» – прикусив губу, медленно произнёс Арзамасов, с отвращением добавив – «Я могу себе только представить, как эта высокомерная сволочь смеялась – смеялась в глубине души над всеми нами, узнав о гибели столь заботливо и старательно оберегаемого нами чиновника. Впрочем, это ещё не конец – мы ещё посмотрим, кто из нас двоих будет смеяться последним…».

«Думаешь, он знает о нас – о Легионе?» – с явным удивлением переспросил Эльдар.

«Легасов знает – точно знает…» – нехотя кивнул головой ещё более помрачневший Георгий, пояснив – «Я понятия не имею, как именно он узнал – либо сам, анализируя следы наших недавних действий в особняке Ярова, либо ему по старой памяти слили информацию его друзья экзорцисты, но он знает. Именно поэтому он с остальными членами оперативно-следственной группы в срочном порядке прибыл в Екатеринбург сразу же после покушения на Соколову – потому, что знал, что это было дело наших рук. Мне достаточно было взглянуть в его глаза, там, возле больницы, чтобы это понять…».

«Значит, и оперативно-следственная группа тоже в курсе?» – с ужасом в голосе заметно напрягшись, поинтересовался Эльдар.

«Возможно, но это, Эльдар, не меняет дела – ибо знать и быть в состоянии что-либо доказать – это, как известно, две большие разницы…» – ехидно усмехнулся Арзамасов, раздражённо продолжив – «В данный момент группа расследует вполне конкретное дело – дело экзорцистов. И, поверь мне, Эльдар, им, непременно, напомнят о данном важном факте и не откуда-нибудь, а с самого верха, если они об этом забудут, занявшись параллельно чем-то другим. Группе уже отказали в открытии нового дела по факту покушения на Соколову и, Гуляев заверил меня в том, что, в случае необходимости, у него и дальше найдутся действенные рычаги административного влияния на работу оперативно-следственной группы.

Единственное на что не в состоянии повлиять даже он – так это на бурную деятельность нашего независимого консультанта. И это, безусловно, проблема – и проблема большая, что нам достаточно наглядно продемонстрировал недавний инцидент с публичным провалом нашего алтайского проекта. Инцидент, искусственно созданный Легасовым… Аликом Легасовым, который умело воспользовавшись своим влиянием и неограниченными полномочиями, натравил оперативно-следственную группу на наш след. Инцидент, в результате которого при активном содействии экзорцистов, невесть откуда пронюхавших о нашей оффшорной компании, мы лишились всех наших кипрских фондов… Инцидент, последствия которого мы разгребаем до сих пор…».

Эльдар, ранее не знакомый с подробностями относительно истинной роли консультанта в далёких событиях на Алтае, с удивлением присвистнул и, многозначно поведя бровями, тихо поинтересовался – «В этом случае Гриш, чего же мы ждём? Может нам надо его просто…?».

«Надо – обязательно надо…» – прервал собеседника Арзамасов, прекрасно понимая, что именно тот хотел сказать, с раздражением добавив – «Надо – но не сейчас, ибо в данный момент Легасов – наша единственная ниточка, ведущая к экзорцистам, и мы – мы просто не можем себе позволить подобной роскоши, чтобы пустить его в расход…».

«Гриш, ты, действительно, думаешь, что он в конечном итоге выведет нас на экзорцистов?» – с долей сомнения в голосе переспросил Эльдар, уточнив – «Само собой, как ты и говорил, мы установили дистанционное внешнее наблюдение и за ним и за майором Мазаевым, который, как нам достоверно известно, головой отвечает за его личную безопасность. Впрочем, пока сам знаешь никаких результатов – никаких намёков на контакт, за исключением разве что его недавней поездки в Мюнхен, где наши весьма некстати умудрились потерять их след…».

«Я думаю, что рано или поздно, но ситуация заставит его выйти на контакт – и выйти на контакт не с кем ни будь, а с самой Габриэль Дарк…» – холодно улыбнулся Арзамасов, глаза которого заблестели от предвкушения этого заветного момента, добавив – «И, наконец, настанет время. Время раз и навсегда поставить точку в нашем затянувшемся противостоянии с экзорцистами – время заплатить им всем по нашим счетам…».

«Именно для этого момента мы и готовим проведение «Агидель»?» – догадливо переспросил Эльдар, в полном объёме осознав масштаб и цели операции, запланированной Легионом.

«Да…» – коротко кинул Георгий, после чего помолчав несколько секунд, пояснил – «Разумеется, нас интересует не только уничтожение штаб квартиры и ликвидация руководства экзорцистов, но и данные – весь тот огромный массив компромата на других, ещё не присоединившихся к Легиону, чиновников из списка, что экзорцисты столь старательно собирали всё это время. Ибо в отличие от экзорцистов, бездарно упускающих колоссальные возможности, ради какой-то высшей цели, этот ресурс в умелых руках может дать своему владельцу почти безграничную власть над умами всех этих проворовавшихся бюрократов. И если нам это удастся, все эти чиновники – все до последнего будут в рядах Легиона…».