Один из медиков, всё ещё не веря сходившему с ума прибору, быстро взял холодную руку молодого человека, прощупывая пульс, после чего, взглянул на второго и, проглотив подступивший к голу комок, произнёс – «Чёрт возьми, это не ошибка – у него действительно появился пульс!».

С этими словами второй врач, быстро принялся доставать уже частично убранное оборудование, в то время как первый с ужасом перечислял ежесекундно росшие показания кардиомонитора…

«Пульс резко подскочил и уже под двести ударов в минуту! Регистрируются мышечные судороги всему делу…» – с ужасом в голосе прошептал врач, нерешительно глядя на своего коллегу, холодеющим голосом добавив – «Сэм, мы… мы его теряем – ещё немного с таким пульсом и у пациента будет разрыв сердечной мышцы… Что делать?!».

«Да мне почём знать?!» – в шоке глядя на него произнёс второй, наклонившись ближе и светя фонарём в зрачки, всё ещё не подававшие даже слабых признаков реакции на свет, дрожащим голосом продолжив – «Да что за дрянью они его там вообще обкололи?! Дыхательной активности до сих пор нет! Зрачки и те не реагируют. Впрочем, постой вроде какая-то реакция появилась…».

В этот момент глаза Стивенсон, стоявшей позади медиков и с неимоверным удивлением затаив дыхание следившей за всем происходящим, расширились, увидев как тело молодого человека, ещё пару секунд тому назад лежавшее пластом, резко согнулось в конвульсиях, издав дикие хрипы. Оба врача в шоке отпрянули в сторону, с ужасом ожидая продолжения…

После нескольких болезненных хрипов, Алик, не будучи в силах произнести ничего внятного, с невероятным усилием воли, чуть вздохнул, впуская в лёгкие долгожданный живительный кислород. После чего, всё ещё полусидя и тяжело дыша, он медленно осмотрелся, с трудом пытаясь сфокусировать предательски разбегавшийся и периодически мутневший взгляд…

Рейчел медленно подошла ближе, вопросительно взглянув на одного медиков, затихших неподалёку…

«Мадам, его необходимо срочно доставить в больницу…» – нерешительно ответил изрядно побледневший от испуга врач и, покосившись на юношу, поспешно пояснил – «Столь длительное пребывание без кислорода могло привести к гипоксии с угнетением жизненно важных органов и отказом отдельных функций, в том числе и функций мозговой деятельности. Есть, высокая вероятность, что мы всё ещё можем его потерять…».

«И рад бы в рай, да вот грехи не пускают…» – всё ещё приходя в себя, медленно произнёс Легасов, отчаянно пытаясь застегнуть на груди разорванную рубашку, с улыбкой едва слышно добавив – «Мадам, Вы даже не представляете, что мне сейчас снилось…».

«Что?» – с недоумением переспросила Стивенсон, подсев чуть ближе.

«Что я общался с Вашим руководством в штаб-квартире Вашего ведомства…» – тихо рассмеялся консультант, постепенно нормализуя дыхание, с улыбкой тихо добавив – «И поверьте мне, мадам – я ещё ни разу не видел ничего более страшного в своей жизни…».

Рейчел едва заметно улыбнулась над прозвучавшей шуткой, после взглянув на медиков, быстро приказала – «Оставьте нас – срочно…».

«Мадам, нужно доставить его…» – осторожно начал один из них.

«Пошли все вон!» – со всей силы крикнула Стивенсон нерадивым врачам, которые поняв решительный настрой руководства резко вскочив вместе со всеми остальными, быстро ретировались в противоположную от вертолёта сторону…

«Алик, прошу тебя, скажи, где она – где Габриэль? Мы прочесали весь этаж, но так и не смогли её найти» – тихо прошептала Рейчел, внимательно глядя на сидевшего рядом молодого человека…

«Она улетела…» – спокойно, как ни в чём ни бывало, кивнул Легасов.

Получив ответ, Стивенсон моментально распрямилась и, нажав пальцем на висевший на ухе наушник быстро распорядилась – «Дэвид, немедленно оцепите и прочешите три квартала расположенные в направлении окон, выбитых взрывом на седьмом этаже. Вероятнее всего, у неё был парашют, крыло, дельтаплан или что-то ещё – ищите!».

«Вам её уже не найти…» – слабо улыбнулся консультант.

Рейчел снова присела на корточки возле юноши, мягко с улыбкой продолжив – «Алик, поверь, куда бы она ни направилась – мы её найдём. Да хоть из-под земли достанем, но обязательно найдём, ибо у нас длинные – очень длинные руки…».

«При всём моём уважении, мадам, я сильно сомневаюсь в том, что это поможет…» – широко улыбнулся Легасов, спокойно добавив – «Впрочем, если Вам нравится, то пусть эта мысль и далее согревает Вам сердце…».

Стивенсон, оглянувшись вокруг и удостоверившись, что рядом с ними не было ни души, внимательно посмотрела в холодные зелёные глаза молодому человеку, медленно произнеся – «Алик, я понимаю, что у нас с тобой были далеко непростые отношения, отношения, омрачённые недавней трагической и, поверь мне, чисто случайной гибелью бедной Элис. И, тем не менее, я прошу тебя, выслушай меня, оставив позади свои чувства, поскольку, сейчас всем – всем нам и, в том числе, экзорцистам, нужна твоя помощь – помощь в том, чтобы избежать надвигающейся беды…».

«Беды, надо полагать, размером в сто гигабайт?» – понимающе кивнув, переспросил Легасов и, видя шок на лице функционера британской разведки, с улыбкой мягко пояснил – «Габриэль, рассказала мне о них, перед своим… уходом…».

«Это обстоятельство в значительной степени упрощает наш разговор…» – понимающе улыбнулась женщина, с деловым тоном продолжив – «И что она намерена предпринять? Что она сказала?».

«Это уже не имеет никакого значения, мадам…» – спокойно улыбнулся консультант, тихо добавив – «Ибо Габриэль отошла от дел, предпочтя нашим скорбным занятиям, дела куда более возвышенные и благородные вдали от мирской суеты…».