— Я понимаю, что тебе неприятно это слышать, — тихо сказал он, — но я гораздо старше, и у меня есть жизненный опыт…

Я посмотрела в его ореховые глаза.

— Тогда я рада, что у меня такого опыта нет, — тихо сказала я, — такого, который позволил бы мне бросить Ксеню в беде.

— А ты можешь быть жестокой, — удивлено протянул он.

— Может, меня ты тоже плохо знаешь, Шайдер? — ответила я и отвернулась к лошадям, стала перекладывать седельные сумки, просто чтобы занять чем-то руки. Шайдер еще постоял за спиной и ушел к костру, тихо бормоча заклинание. И сразу над поляной разлился упругий и прочный защитный купол взамен дырявого, и меня окутало теплом.

Ксеня и Данила вернулись через полчаса и даже относительно спокойные. Ксенька недовольно поджимала губы, Данила расстроено отворачивался, но я к этому уже привыкла. Так что можно сказать, все было в порядке, и мы снова отправились в дорогу.

Лорд Даррелл поехал с нами, и тайком, я все же вздохнула с облегчением.

К вечеру мы добрались до небольшого поселения. Всего три десятка деревянных домов, даже без харчевни с комнатами. Благо, нашлась сердобольная старушка, которая за пару монет согласилась приютить усталых путников.

— Только вот потчевать вас особо не чем, — вздохнула она, — только что кашей… Но если есть монеты, сходите вон в тот дом с крылечком, там старшой живет, у него то завсегда харчи найдутся! Пусть вон парнишки сходят! — и подслеповатая старушка кивнула на Ксеню с Данилой. Ксенька сверкнула глазами, а Данила весело хохотнул.

— Так сходим, чего, не сходить! — отозвался он и подмигнул Ксене, — ну что, пошли… парнишка?

— Я тебя точно прибью, — сквозь зубы прошипела подруга.

— Сам я схожу, — сказал Шайдер, — Данила, лучше воды пока принеси из колодца. Ксеня, а ты посмотри, что в седельных сумках осталось из еды.

Они вышли, а я с улыбкой рассмотрела маленький домик, мазанный внутри глиной, с большой печкой, занимающей большую часть основной комнаты. Во второй, маленькой, только и было места, что для узкой койки с соломенным тюфяком.

— Деточка, а ты не местная, гляжу, — протянула бабуся, — вроде, и на эльфийку не похожа, уши человечьи, а лицом необычная. Полукровка, что ли?

Рассказывать не хотелось, и я просто улыбнулась.

— Не знаю, я сирота.

— Ох ты ж, горюшко… Ну да бывает. А этот высокий, супружник твой? И куда же вы путь держите?

Я вздохнула. Ох, сдается мне, не на монеты старушка польстилась, а на возможность поболтать, да посплетничать!

— Нет, не супружник. А направляемся в Вечный лес.

— Ох, бывала я там, бывала! По молодости еще… Тут недалече, завтра к вечеру доберетесь. Ох, помню я по юности, как силушку в себе магическую почуяла, думала все, буду великой чародейкой! Подговорила Луку, соседа моего в тот лес отправиться, за водяной девой, мол, ее чешуя магию увеличивает и знания открывает неведомые… Воть, дурные!

— И что, пошли? — заинтересовалась я.

— А как же, — важно прошамкала бабуся беззубым ртом, — котомку с хлебом взяли да пошли! И дошли, даже погуляли там малость… Да только не нашли водяных дев. Нашли только озерцо малюсенькое, в котором лишь пескарям плескаться, а более- нечего. Хотя, может, не дошли просто, Вечный лес то ого-го… А потом и вовсе…

— Что?

— Ох, деточка… Такой Лука шебутной оказался, кто б мог подумать… — Бабуся лукаво усмехнулась, — в том — то лесу мы нашего первенца и сделали… Так что, можно сказать, не зря сходили, хоть и не добыли чешуйку-то.

— А чародейкой вы стали?

Старушка тяжело присела на лавку, подперла щеку рукой.

— Да какая из меня чародейка? Силушки только и было, что на полмизинца. Нет, деточка, не стала. Да и не к чему эта магия, и без нее хорошо живется. Да ты садись, чего стоишь на пороге, ноги зря топчешь!

Я присела, и почти одновременно вернулись друзья.

— Ветряна, пойдем, — сказал Шайдер, переступая порог, — нас местный старшой в свой дом зовет. У него переночуем.

Старушка явно огорчилась, отвернулась.

— Идите, деточки, идите, — прошамкала она, — у старшого хорошо, сыто…

— Я останусь. А вы идите, тут все равно всем не разместиться!

— Ой, деточка, — обрадовалась бабуся, — да что ж ты… Там же у старшого и вкусности, и перины…

— Я на тюфяке привыкла, — улыбнулась я и помахала рукой застывшему в дверях Шайдеру, мол, идите уже! Он посмотрел недовольно, но все же ушел, поманив за собой Ксеню и Данилу.

— Ох, сердитый у тебя супружник! — радостно сказала бабуся, уже позабыв, мой ответ, — а я тебя сейчас ягодками, да грибочками угощу! Сама собирала!