Арххаррион злобно что-то прошипел сквозь зубы и, быстро шагнув к ххантору, плашмя ударил его клинком по безгубой морде. Чудовище беззвучно качнулось, повернуло серое туловище и уставилось на демона. И сразу отпустило, стало легче, потому что ххантор переключил свое смертельное внимание на Темного.

— Рион… — прошептала я.

— Идите, — не оборачиваясь, сказал он, — я догоню.

Я закусила губу, глядя как он стоит, опустив руки с аканарами, и неотрывно смотрит в глаза древнему. И стены внутри него стали столь крепки, что ни один отголосок чувств, ни одна эмоция не долетали ко мне. Пустота, от которой хотелось кричать.

— Ссскорее, — прошипел Анташар, — идем, пока Темный отвлек его…

Данила первым бросился к пролому в стене и, поколебавшись, я побежала следом, заставляя себя не оглядываться.

Коридор закончился столь неожиданно, что я не сразу осознала, что стоим мы уже не в скалистом проходе, а на открытой площадке, с которой вели вытесанные широкие ступени. А дальше светлела выложенная светлым камнем дорога, гладкая, словно ледяная, ведущая к прекрасному белому замку на берегу озера. Деревьев тут не было, только серебрилась трава, и нежно светились белые цветы. На небе все так же висела луна, и я удивилась. Мне казалось, что уже давно наступило утро…

До самого замка мы дошли никого не встретив. Верно, Повелитель душ так уверен был в смертоносной силе своих пещер, что не нуждался в дополнительной охране. Впрочем, он был почти прав.

Искра жизни в Ксене уже не мерцала, тлела, бледный уголек на ветру вечности… И Данила уже бежал по дорожке, прижимая девушку к себе, и упрямо поджимая губы. Анташар скользил рядом. Я за ними не поспевала, все же я всегда бегала плохо, еще и подол юбки мешал, путался в ногах. Так что пришлось его задрать так, что стали видны голые колени, но сейчас мне было совершенно наплевать на все правила приличия, что столь усердно в меня вбивали с детства.

Так что во дворец Повелителя Душ, Правителя погруженных во Тьму, я влетела именно так: с разлохмаченной косой, задранной юбкой и безумным взглядом. Лишь мельком отметила большой зал из белого мрамора, дальняя стена которого отсутствовала, открывая чарующий вид на зеркало воды.

И замерла ошарашено… потому что на встречу нам шли… дети. Недолетки, не более двенадцати весен от роду. Их было четверо, мальчишек с серьезными гладкими лицами и легкой усмешкой на капризных губах. Все четверо одеты богато, как дети благородных семейств или даже королевские наследники. У каждого мальчика в одежде свой цвет: золотой, синий, красный и зеленый. И у каждого на поясе дорогие ножны, густо украшенные сверкающими камнями.

Мы с Данилой растеряно переглянулись, а Анташар вдруг склонился в поклоне.

— Приветствую вас Повелитель Душ, единственный властитель Грани в Мир Теней. Приветствую вас, верные Тени Властителя, пусть будет добра к вам Вечность…

Мальчик в синем вышел вперед и недовольно нас осмотрел.

— Что за странный визит? — ломким полудетским голосом спросил он, — да еще и в час зверя, когда Повелитель собирается почивать, а Бездна стоит у порога? Зачем ты привел в Замок Ночи гостей, Вторая Тень?

Анташар выпрямился. И к моему изумлению, черный плащ пропал, а из тени вышел такой же мальчик, со светлыми волосами, одетый в серебряные одежды.

— Путники прошли все залы в Скале Скорби, Повелитель, — сказал он, — они заслужили право на вашу милость.

— Разве? — Мальчик в синем улыбнулся презрительно, — и чего же хотят от меня незваные гости?

Я вышла вперед и, как умела, присела в реверансе. Что ж поделать, что умела я всегда плохо?

— Повелитель, — сказала я, рассматривая недоросля, — мы проделали долгий путь, чтобы добраться до вас лишь с одной просьбой: я умоляю вас открыть Грань Теней для меня.

Все мальчики слаженно рассмеялись.

— Глупые люди, — басовито сказал мальчик в красном.

— Простофили, — добавил золотой.

— Только и годятся, что на корм, — зевнул зеленый.

Анташар чуть нахмурился.

— Повелитель, это их право, — напомнил он, — каждый, кто пройдет Скалу Скорби имеет право обратиться с просьбой.

Мальчик в синем чуть затуманился, и в один миг обернулся бирюзовым драконом. И также мгновенно в белом зале появились еще четыре дракона, каждый своего цвета.

— А как чужаки прошшшшли Залы, Вторая Тень? — прошипел бирюзовый ящер, наступая на серебренного, — как смогли одолеть ловушшшки древних, из которых никто не вышшшшел живым?

Из пасти ящера вырвалось желтое пламя, оставив на светлом мраморе черную копоть.

— Они прошшшли, — зашипел в ответ Анташар, — ты обязан помочь! Открой Грань!

Ящер расхохотался, и вслед за ним расхохотались его тени.

— Ветряна, — тихо сказал Данила, — искра жизни гаснет…

— Ты видишь ауру? — изумилась я, забыв об ящерах.