Шталь сидел за письменным столом, разбирая бумаги. Глянул на Людмилу из-под очков, улыбнулся.

– Прошу, прошу. Марию я уже отпустил, так что чай приготовлю сам.

Доктор отложил бумаги и встал из-за стола.

– Да вы присаживайтесь.

Людмила сняла пальто, аккуратно положила его на спинку кресла и опустилась на сиденье, борясь с ощущением неловкости. Ей не нравилось, что они с доктором наедине в офисе. Присутствие Марии даже за пределами кабинета было бы кстати. Несколько раз Людмила глубоко вдохнула и выдохнула. Стало немного легче.

– Вы неплохо выглядите для больной, - с иронией заметил доктор. – Признайтесь, вы просто не хотели со мной встречаться.

Людмила, было, смутилась и нервно заерзала в кресле. Но потом поняла: это тоже часть игры. Психологический эксперимент. Чувствовать себя подопытным экземпляром было обидно. Но обида помогла ей побороть смущение.

– Признаюсь, - ответила она, твердо и спокойно. – Простуда была отговоркой.

Доктор колдовал над приготовлением чая где-то у нее за спиной: шумел закипающий чайник, тихо звякала посуда.

– И чем я заслужил вашу немилость? – шутливо спросил Шталь, ставя перед Людмилой на низкий стеклянный столик чашку. – Вы все еще обижены? И, как мне известно, маскарад вам не понравился? Мне очень-очень жаль, поверьте. Я, правда, думал вас порадовать и развлечь.

Людмила стиснула зубы, чтобы не выдать свое разочарование. Рассказать Шталю о маскараде мог только Руслан. Так больно и горько ощутила себя преданной. Она наивная, думала, что муж на ее стороне.

Не без труда справилась с собой, помолчала, продумывая ответ.

Взяла в руки чашку, погрела пальцы о теплый фарфор. Отпила маленький глоток. Поставила ее обратно. «Никогда не делай паузу, если в этом нет необходимости, но если взяла – держи её!» - вспомнилась ей фраза ее любимой Джулии из романа «Театр» Моэма.

И Людмила держала. Наконец, когда поняла, что окончательно заинтриговала Шталя своим многозначительным молчанием, спокойно произнесла.

– Ну отчего же? Маскарад удался. Очень занимательный получился вечер. Правда, не думала, что мой муж будет обсуждать нашу личную жизнь без моего ведома. Вы просто заколдовали его. Знакомство с вами, доктор, сделало моего мужа другим человеком. Наверное, вы волшебник.

Шталь усмехнулся, бравада Людмилы явно его забавляла.

– Никакого волшебства! Так вы не ответили на мой вопрос: отчего вы избегали встречи со мной?

– Позвольте мне не отвечать, – ответила Людмила решительно. – Давайте вернемся к нашей общей работе.

– Да бога ради! Не смею настаивать.

Шталь взял со стола какую-то папку и подошел к Людмиле.

– Я подобрал расшифровки аудиозаписей моих бесед с пациентами. Несколько случаев думаю, вполне могут стать материалом для выпуска клуба «Разбитых сердец».

Людмила приняла из рук Шталя бумаги, стараясь не коснуться его, но все-таки вздрогнула от прикосновения прохладной ладони и уронила папку.

Доктор внимательно посмотрел Людмиле в глаза. Она замерла от неприятного ощущения, будто Шталь роется в ее голове. «Глупости. Это невозможно!» - успокоила сама себя. Но ощущение осталось… туманом начала расползаться паника.

– Отчего вы меня боитесь? – вдруг спросил доктор тихо.

– Я… - ее решительность и спокойствие растворились в липком ощущении страха, – не боюсь.

– Не лгите, - голос доктора стал строгим. – Я чувствую ваш страх с первого посещения. Причем он связан не только со мной. И скорее всего тут виной детская травма.

Шталь вдруг сильнее сжал ее ладонь и, не отводя глаз, произнес мягко:

– Я могу помочь. Пожалуйста, доверьтесь мне.

Людмила вырвала руку. Раздражение снова помогло справиться со страхом.

– Доктор, мне не нужна помощь.

– Ну как хотите, - Шталь поднял с пола папку, положил на столик и вернулся обратно к письменному столу.

Людмила достала записную книжку и ручку и начала просматривать бумаги, время от времени делая пометки.

Доктор терпеливо ждал, пока она закончит. Людмила аккуратно сложила листки в папку, защелкнула металлический зажим.

– Спасибо, доктор. Действительно, очень занимательные истории. Думаю, Екатерина Васильевна будет довольна. Текст я вам пришлю по электронной почте.

Она отложила папку на столик, встала, одернула юбку, взяла пальто и сумочку:

– Ну что же, мне пора. Еще раз, спасибо.