Сама того не замечая, Людмила искала повод поговорить с мужем на эту «запретную» тему.

И такой случай представился. Руслан заговорил о докторе Штале сам.

Разговор начался с обсуждения поездки Антона с классом на новогодних каникулах в Финляндию. Поездка стоила недешево – почти триста евро, но программа была очень интересной – экскурсии в Лапландию к Санта-Клаусу, в Хельсинки, катание на собаках, лыжный курорт. Людмила узнала о предложении на родительском собрании, где им раздали проспекты, и теперь выложила их перед Русланом.

Руслан высказывал сомнения о том, что они смогут позволить себе оплатить поездку и одновременно выполнить желание сына о планшетнике. Людмила убеждала его, что денег хватит, если еще немного поднапрячься.

– В конце концов, можно попросить дедушку и бабушек поучаствовать, - сказала Людмила.

Руслан посмотрел на нее недовольно.

– Конечно же, ты имеешь в виду моих родителей.

– Ну почему, моя мама тоже поможет в меру сил.

Руслан хмыкнул.

Людмиле стало обидно.

– Опять ты все решил сам, да? Опять мое мнение для тебя не важно. Хорошо, пусть Антон сидит дома все каникулы. Обойдется и без Финляндии. Пусть к Санта-Клаусу едет двоечник Бушманов. Он заслужил эту поездку больше.

Из зала послышалось недовольное сопение Антошки. Ему очень хотелось поехать, и Людмила знала про это. Но и о планшетнике сын мечтал давно.

Руслан уже сжал губы, сдвинул брови. «Приготовился читать нотации, - тоскливо подумала Людмила, - сейчас будет серьезный разговор о самостоятельности нашей семьи…»

Но вдруг неожиданно Руслан произнес:

– Так. Стоп. Опять мы начинаем ссориться. Я знаю, чем это все закончится. Нам давно нужно кое-что обсудить. Серьезное.

Людмила посмотрела на него изумленно и с тревогой. Неприятно екнуло в груди.

– Некоторым пора спать, - крикнул Руслан сыну, - возражения не принимаются. И зубы почистить не забудь!

– Ладно, - буркнул Антошка и потопал в ванную.

Руслан встал и закрыл дверь. Потом сел снова напротив, положил руки на стол и сцепил пальцы.

– Знаешь, я ведь встречался со Шталем, – вдруг сказал он, как бы невзначай.

Людмила посмотрела на него растерянно и удивленно.

– После того нашего первого разговора. Про игры и доверие. Ты была такой…- он помолчал, подбирая слово, - обиженной и настырной. Я не знал, как себя вести. И позвонил доктору. А потом ездил к нему.

Людмиле вдруг стало плохо от мысли, что он снова виделся с этой бессловесной рабыней Шталя. А вдруг…Беспомощно посмотрела на мужа, но тот словно прочел ее мысли:

– В офис. Мы встречались в его офисе.

– С каких пор мы можем позволить себе личного психоаналитика? – усмехнулась Людмила.

Руслан поморщился.

– Мне просто нужен был его совет. И я его получил. Кстати, доктор отругал меня за поведение в клубе. Назвал его недостойным и недопустимым.

– Даже так? – Людмила не верила собственным ушам. Ей казалось, что доктор и Руслан были в той истории по одну сторону.

– Он сказал, что я нарушил главное правило. Доверие и прозрачность. Я должен был рассказать тебе все, что узнал от него о клубе и их программе до того, как мы туда пришли. Но я был так зол на тебя за эти приглашения. И решил тебя наказать. Теперь я понимаю. Я вел себя как эгоистичный дурак.

– А что ты должен был мне рассказать?

Руслан помолчал немного.

– О том, что этот клуб тематический. Что их программа – это публичные сессии. Доктор предупредил меня: все организовано так, чтобы пробудить чувственные желания, и если у нас возникнет потребность уединиться – в клубе есть для этого приват-номера. Можно было выбрать любой сценарий. Даже приказать завязать тебе глаза и привести ко мне в наручниках.

Людмилу передернуло. Тот злосчастный вечер и так стал для нее испытанием.

– Я никогда бы не пошел на это… - Руслан казался таким виноватым. – Никогда.

– А если бы я не стала тебя искать? Ушла бы домой? – откровенность Руслана трогала ее, но это чувство смешивалось с обидой и возмущением.

– Тебя бы не отпустили, – Руслан опустил голову. – Привели бы ко мне.

– В наручниках? – фыркнула Людмила.

– Нет, - он говорил все тише. – Мягко, но настойчиво проводили бы в приват-номер, указанный в анкете.

– Как ты мог довериться незнакомым людям?