– Этим ты можешь заниматься где угодно.

– Это предложение? Хочешь начать прямо сейчас? Боюсь, у священников, которые ждут внизу, будут возражения.

– О да. Верное замечание. Оставим это на потом.

Нейт застонал:

– Я не могу ждать.

– Придется подождать. – Она провела рукой по молнии на его джинсах и услышала, как Нейт резко вздохнул. – Просто для протокола: со временем твой список только улучшается.

Саша сглотнула, наслаждаясь своей внезапно обнаруженной сексуальной властью. Способностью вызывать желание в мужчине, заставлять его желать большего. Хотеть ее. Если бы она могла повлиять на его сознание, понять, что на самом деле творится в его звездной голове.

Нейт дал ей так много, хотя никогда не давал всего, позволяя лишь заглянуть в его внутренний мир, а затем решительно закрывая доступ туда. Саша понимала: ему здорово досталось, но он оказался живучим. И еще нежным и забавным. Добрым, хотя и сопротивлялся этому. Очень сексуальным. Она знала ровно столько, сколько он хотел дать ей узнать, не больше. Что скрывалось за бравадой альфа-самца? Действительно ли она хотела это знать?

Спустя три дня, за которыми следовала бурная активность вне основной программы, Нейт сидел в отдельном обеденном зале, выходящем на центральную площадь городка. Сквозь ставни доносились тихие звуки музыки. Местная публика выходила на вечерний променад. Люди улыбались, кивали друг другу и не обращали никакого внимания на Нейта и его прекрасную гостью. И он был благодарен им за это.

– Risotto ai funghi, per favore? – Саша улыбнулась официанту и прикусила нижнюю губу, беспокоясь за свой акцент.

У Нейта свело живот. Первая улыбка за день, и она адресована другому.

– Если бы я знал, что ты умеешь говорить по-итальянски, я бы предоставил это тебе, вместо своих жалких попыток.

– Мне только теперь удалось набраться смелости попробовать. У меня дома есть учебный DVD-диск. – Теперь она улыбалась ему. – Видишь, как мало ты обо мне знаешь.

– Я изучил твои лучшие части. И всегда открыт для оставшегося. – Взгляд Нейта скользнул по ее фигуре, задержавшись на безупречной груди, которой ему хотелось касаться снова и снова.

Саша старалась выглядеть шокированной. Нейт уловил, как вспыхнул ее взгляд. Когда она заговорила, ее голос слегка дрогнул от желания.

– Нейтан! Пожалуйста, не смотри на меня так.

– Как?

– Будто хочешь меня съесть.

– Я и вправду хочу. – Похоже, последнее время он утратил интерес к другим блюдам.

– А как же твоя Bistecca alla Fiorentina?

– О, еда может подождать. – Нейт пересел на соседний с ней стул и, тронув ее за щеку, повернул лицом к себе. – А это нет. – Проведя языком по ее нижней губе, он уловил легкое замешательство, потом ее губы раскрылись, у него полегчало на сердце. – Я хочу тебя. Сейчас, – простонал Нейт.

Саша отодвинулась:

– Перестань. С минуты на минуту нам должны принести еду. Если ты не прекратишь, нас больше не пустят ни в один ресторан Греве.

Нейт бросил взгляд на закрытую дверь. Он знал: официанты не войдут без крайней необходимости.

– Мы можем делать все, что захотим. А я хочу.

– Кто бы сомневался. Но я сознательный член общества, а не рок-звезда без комплексов.

Ее что-то мучило, он не понимал что. Хуже. Это не давало ему покоя. Волновало, что она не в себе. В основном потому, что он не понимал, почему рядом с ней чувствует тепло и странное удовлетворение, как никогда в жизни. Беспокоится о ком-то другом? Не может быть. Он уже очень давно не испытывал ничего подобного.

– Эй! Спокойно. У меня тоже есть своя мораль… где-то… – Он похлопал себя по карманам, будто что-то искал. – Просто она не такая, как тебе хотелось бы. Я занимаюсь благотворительностью. Разве этого мало?

Саша отодвинулась еще дальше.

– Ты занимаешься благотворительностью? Какой? Анонимно? Знаешь, с твоими деньгами можно многое сделать для таких детей, как Маршалл.

– Я думал об этом. И обязательно сделаю, когда вернусь домой.

После их работы с хором у Нейта появились новые идеи. Вероятно, совпало окончание турне, выжавшего из него все соки, возможность подумать о том, куда идет его жизнь. А может быть, все дело в ней. Она вызвала в нем желание привести в порядок свои дела. Хмурая складочка на лбу Саши появлялась снова и снова, хотя каждый раз Нейту казалось, что ему удалось разгладить ее.

– Чем ты занимаешься в Лос-Анджелесе, когда не работаешь богатым и знаменитым?

– Езжу с гастролями по девять месяцев, иногда год, и когда мы заканчиваем, я выжат как лимон. Я много и тяжело работаю. Потом мне нужно выпустить пар. Оторваться на полную катушку. Иногда мне удается отдохнуть, как сейчас. Но обычно после турне мы записываем новый альбом. Потом снова гастроли. Я как белка в колесе. Мне нравится, когда я занят. Это избавляет от лишних проблем.

Еще несколько дней, и все вернется на круги своя. Возможно, его проблема именно в этом, он начал слишком привыкать к этой легкой жизни, привыкать к Саше с ее нелепыми списками и другими странностями. Привыкать к мягким складкам ее платьев и нежным улыбкам. Просыпаться рядом с ней с легким и светлым ощущением в груди. Ничего. Переезды из города в город помогут. Ничто не заставляет парня забыть девушку лучше, чем секс с незнакомками. Правда, чем больше Нейт думал, тем меньше эта мысль привлекала его. Странно.

– Можешь считать меня мелким и пустым, в значительной степени я такой, каким ты меня видишь.

Саша покачала головой:

– Нет, это не так. Я понимаю: за сценическим образом скрывается другой человек. Мне кажется, я видела его пару раз. Мельком. Какой он?

– О, у тебя есть вопросы? Валяй. – Нейт заглянул к ней в сумку, будто искал там что-то. – Хочешь, чтобы я заполнил вопросник? Регистрационную форму? – Он наморщил губы и притворно нахмурился. – Нет? Правда, не увиливай. Давай начнем с физиологии. Все части тела у меня отлично работают, ну, ты сама знаешь.