Показалось, кто-то сильно ударил его кулаком в грудь.

– Вау! Саша. Да ты просто горишь. – Он гордился и ужасался одновременно, точно знал теперь, что всей душой любит эту женщину. Ту, которая вернула ему самого себя, собрав воедино разрозненные куски того, что он считал своим сердцем. Он любил ее. Это грозило тем, что их разговор мог снова перевернуть все вверх дном. Саша смотрела на него глазами полными слез. Дрожащей рукой приложила палец к его губам:

– Не говори ничего. Просто не надо.

– Мистер Мунро. – Представитель аэропорта потянул его за рукав. – Посадка уже началась. Времени в обрез.

– Еще минуту, приятель. Есть ведь и другие рейсы.

Но этого момента больше не будет.

Я люблю тебя.

Теперь он понимал, что это значит. Тихое нежное слияние душ и острые электрические разряды. Смех. Запахи. Боль, которая размягчает кости. А теперь еще и жуткий страх. Да, он любил Сашу Суит каждой клеточкой своего существа. Она сильная. Сильнее его. Она только что доказала, что не нуждается в защите. Не нуждается в нем. Печальная правда в том, что больше он ничего не может ей дать. Она выжила в кошмаре, который ему даже не снился, и превратилась в прекрасную женщину. Нейт не знал, что делать с хаосом в голове и теле. Он больше не владел собой. И это пугало. Он смотрел в синие глаза, от которых у него таяло сердце. Всякий раз.

– Мне надо идти. Самолет ждет.

– Значит, все? Конец? Ты даже не хочешь попытаться? – Она, задохнувшись, толкнула его кулаком в грудь. – Все это… мы… и все? Мне надо идти?

– Помысли логически. У каждого из нас своя работа, будущее, жизнь, обязанности. Нас будут разделять тысячи миль. Ты ненавидишь мой мир, я не гожусь для твоего. Противоположности не притягиваются, а лишь кружат рядом какое-то время, чтобы неизбежно разлететься в разные стороны.

– И что теперь? Спасибо за приятные воспоминания? А может, я услышу об этом в очередном хите номер один?

– Не думаю. – Нейт взял себя в руки и, проведя пальцем по ее щеке, почувствовал первую упавшую слезинку, но сделал вид, что не заметил ее. – Ты действительно влипла.

– Один из нас должен был. – Саша моргнула. Потом снова.

Он понимал, она пытается остановить слезы.

– Мне казалось, у нас было нечто особенное. Такое выпадает раз в жизни.

– Но оно не может длиться вечно. Я никогда не обещал тебе этого. – Господи, ему никогда не было так тяжело. Смерть брата и матери убила его, но это хуже любой потери.

Я люблю тебя.

Ему до боли хотелось сказать эти слова. Но сказать: значит сделать еще хуже. Пусть лучше она считает, что лишь на время мелькнула в его жизни. Иначе выкинет что-нибудь безумное, например убедит его остаться.

– Если когда-нибудь тебе что-нибудь понадобится, что угодно, найди меня. О’кей?

– Конечно. Я слышала, на сегодняшний день это проще всего сделать в мужском туалете.

Взяв ее за руку, он нарисовал пальцем маленькое сердечко на ее запястье, как делал когда-то давно.

– О’кей, о’кей. Прощай, Сладкая.

– На этот раз ты хотя бы попрощался.

Не такая уж Сладкая!

Вчера лоббистская группа «Знаменитости против домогательств прессы» (ЗПДП) неожиданно обзавелась новым союзником в лице энергичной школьной учительницы Саши Суит.

Прибыв в Лондон на частном самолете в компании рок-звезды Нейта Мунро, мисс Суит, руководитель хора школы Честертона, на собственном опыте ощутила, какой риск со стороны прессы несет в себе известность. Знаменитый своими хитами, в том числе платиновыми бестселлерами «Сладкие речи» и «Заведи меня», плохой мальчик рока и его новая любовь Саша вернулись в Лондон после недельного отдыха в тайном убежище.

Их попытка скрыть свое прибытие потерпела неудачу. Репортер News.com Малколм Прайс попытался щелкнуть их, рука об руку выходящими из аэропорта. Однако мисс Суит, которую один из ее бывших учеников назвал «скромной, но требовательной», в прямом смысле слова загнала мистера Прайса в угол, атаковав тирадой о неправомерности вторжения прессы в личную жизнь. Стоит заметить, будучи дочерью генерального директора компании с подмоченной репутацией, мисс Суит не новичок в скандалах. Камера одного из сотрудников аэропорта запечатлела забавную сцену, когда мисс Суит бросилась на защиту Мунро, после применения приема регби оказавшегося на полу вместе с репортером. Она пригрозила журналисту пальцем, угрожая не иначе как недельным заключением.

Просто блестяще. Прекрасно. Как много чести для одной девушки. Не в силах дочитать статью до конца, Саша уронила газету на пол и опрокинулась спиной на кровать. Глупые глаза снова наполнились слезами. Не надо было ездить в Италию. Вообще не надо было видеться с ним. Взглянув на пол, она смяла таблоид и вздохнула. Если бы она не поехала, так и не узнала бы, что значит любовь. Не поняла, что можно чувствовать себя в безопасности с самым опасным из мужчин. Что нужно наконец открыться и довериться, и это прекрасно. Что мужчина может подарить веру в себя и мужество, чтобы идти дальше.

Мужчина. Нейтан. Один лишь Нейтан. Да будь он проклят. Зачем ему понадобилось снова разбивать ей сердце на мелкие кусочки?

Зазвонил мобильник. Касси. Вот черт! Саша с тяжелым вздохом взяла трубку.

– Привет, Касс.

– Кто ты и что ты сделала с моей сестрой? – Смех сестры застал ее врасплох. – Ты видела газеты? Ты на первой полосе. И на второй, и на четвертой. А видео в Интернете просто хит. Ну ты даешь, детка!

– Да, только все это полная чушь. Я действительно сказала пару слов.

– Пару? Ты была великолепна. Только посмотри комментарии. Дерзкая, сексуальная, соблазнительная… Многие известные люди поддерживают то, что ты сказала. Ты стала легендой.

Саша чертыхнулась. Не хотелось становиться легендой. Хотелось в уединении оплакивать разбитое сердце.

– Они раскопали историю с отцом. Ты говорила с мамой? А со Сьюзи? Я не могу им дозвониться.

– Да. Сьюзи не в восторге. Бьется с репортерами. Мама? Восприняла все достаточно спокойно. Время лечит.

Саша надеялась, что это правда.

– Да ты не волнуйся. – Голос Касси смягчился. – Это было так давно. Она справится. И ты тоже.

Может, она права и только Саша до сих пор в тени прошлого?

– Спасибо. Я к ней заеду.

– А что думает мистер Обалденный? Вы нашли, где еще спрятаться? Можно я приеду?

– Нет. – Господи, как больно. Саша сморгнула слезы. Хватит плакать. – Он вернулся в Штаты.

– Ты же еще увидишься с ним, правда?

– Нет.

Сестра ахнула:

– Что случилось? Он уехал? Бросил тебя в такой момент?

Саша увидела, как вспыхнул индикатор на автоответчике, забитом сообщениями, которые Нейт слал ей, приземлившись в Лос-Анджелесе. Писал, что его адвокаты разберутся с газетой и он сделает все, чтобы прекратить дальнейшее распространение информации. Из чего следовало, что в ближайшее время он не намерен возвращаться в Лондон. Его проблема.

– Мне не нужны помощники. Я прекрасно обойдусь без него.

– Значит, ушел. Это хорошо?

– Да.

– О, прости меня, сестренка. Прости, что я втравила тебя во все это. Мне просто хотелось, чтобы ты немного развлеклась.

– Я развлеклась. Правда. Это было лучшее время в моей жизни. Но теперь мне нужен мужчина в домашних тапочках. И я готова ждать сколько угодно. – Мужчина, который не сможет затронуть ее сердце, как Нейтан.

Голос Касси повеселел.

– Тогда думай о себе. Ты такая красивая. И фигура, и глаза, и улыбка. Ты талантливая, и можешь много дать, если найдешь правильного парня. Ну чему ты смеешься?

– Ладно. Спасибо, Касс. Ты меня знаешь, у меня уже есть план.

– Почему-то меня это не удивляет.

– Репортеры жаждут информации. Никогда не забуду, как мама пряталась за шторами, а они бросали записки в почтовый ящик. Там была сплошная ложь. Поэтому я решила дать интервью какому-нибудь приличному журналисту. Расскажу правду о том, что случилось с папой. О бизнесе, о его партнере, о самоубийстве.

Сестра охнула:

– Я ошибалась в тебе. Ты просто крутая девчонка. Ты уверена, что хочешь этого?

– Знаешь, я устала прятаться.

От злости Саша почувствовала себя лучше, чем когда думала о своем разбитом сердце.

– Пора нам всем начать новую жизнь. Они вечно печатают одно вранье. Хочу воспользоваться случаем немного это исправить.

Теперь у нее нашлись силы подняться с кровати. Она собиралась написать новый список дел. И влюбленность там определенно не значилась.

Печальная правда состояла в том, что они могли бы быть счастливы, если бы Нейт счел, что ради нее стоит остаться. Если бы он решил, что стоит побороться за то, что было между ними. Но он так не считал. Обидно до слез. Потому что Саша считала иначе. Но даже если бы она могла перевести часы назад, все равно влюбилась бы в Нейтана Мунро.