— Ты всем говоришь что-то вроде этого? — спросила прямо. В ответ Олег молча покачал головой. Отрицательно. Фу! Что-то мне жарковато стало!

— Привет, меня зовут Сина, и меня тут недавно изнасиловали, — выдала я. Честное слово, само с языка сорвалось, я не специально!

— Ты всем об этом рассказываешь? — с непробиваемым лицом спросил он. Теперь пришла моя очередь качать головой. — Да, я знаю, что исправить уже ничего нельзя. Прости, что начал этот глупый разговор.

— Не слишком ли часто ты говоришь «прости» сегодня? Считай, что индульгенция получена. За все грехи оптом.

— В таком случае, ты позволишь сделать тебе подарок? Не напрягайся, ничего серьезного.

— Ничего серьезного? — сразу напряглась я. Интересно, где проходит его личная граница между «серьезно» и «несерьезно»? В мое понятие о несерьезном не очень вписывается бархатная коробочка и совершенно не вписывается… Что?! Кольцо?! Это что еще за непрозрачные намеки?!

— Эй, спокойнее! Сделай лицо попроще. Обычное защитное кольцо, при твоем таланте к попаданию в неприятности должно пригодиться.

— Защитное? — едва смогла выдавить я. И только сейчас рассмотрела крестик с прозрачным камнем в центре и надпись внутри. «Спаси и Сохрани». Ух! Можно дышать! Кажется, пронесло. Что-то подобное мама покупала мне в детстве, только не из золота и надпись снаружи, наверное, поэтому я его и не признала. Или потому, что в моей голове зародились совершенно глупые идеи по поводу отношения Олега ко мне. А не надо было девушке всякие намеки странные делать! Мы же слово услышим, двадцать додумаем. Может, я уже имена нашим детям начала выбирать? Не дай Бог, конечно, детей от подобных монстров рожать. — Огромное спасибо! От этого я точно отказаться не смогу. Не ожидала. Обещаю, что буду стараться, думая о тебе, вспоминать этот день и те немногочисленные приятные моменты в нашем общении, которые были. Обо всем остальном постараюсь забыть.

— Могу ли я расценить твои слова, как обещание вспоминать меня хотя бы изредка?

— Учитывая яркость и насыщенность нашего общения, тебя сложно будет забыть, как бы я ни старалась, — усмехнулась я. Опять меня на правду потянуло.

— Надеюсь, ты не передумала и не струсила и позволишь опустить тебя в тире? — некоторое время я пялилась на Олега, пытаясь собрать мысли и осознать, о чем он. Спасибо небесам, мне это удалось, пусть и не без труда.

— Опустить? Где же ты таких слов набрался? Маловероятно. Скорее всего, ты будешь рыдать, осознав всю ничтожность своих способностей.

Я была благодарна за возможность оставить мелодраматические размышления и перейти к нашему обычному стилю общения. А пострелять я всегда не против. В тире мы палили по мишеням, пока моя рука не отказалась подниматься в очередной раз, и не разболелось плечо, несмотря на то, что левую руку я не использовала. После подсчета оказалось, что Олег, пусть и не отправил меня в нокаут, одержал чистую победу по очкам. Если честно, я не особенно огорчилась: было бы неприличным победить мужчину в таком соревновании, пришлось бы лечить раненое самолюбие, а мне оно и близко не надо.

— Для девушки ты прекрасно стреляешь, — заявил этот сексист снисходительным тоном. Между прочим, разница в очках совсем незначительная! Не думаю, чтобы у него был серьезный повод раздуваться от гордости. — Возможно, это компенсация за неумение готовить?

— А кто хвалил мой обед и уплетал так, что я боялась, что захлебнешься?! — возмущенно уперла я руки в бедра. Возмущалась я только для видимости, потому что он был безусловно прав: когда мои одноклассницы массово записались в кулинарный кружок (не знаю, с чего, но было у нас такое поветрие), я упорно продолжала ходить в тир с мальчишками. Хорошо, что мои отработанные навыки меня подвели: что было бы сейчас со мной, если бы тогда я его убила? Подумать страшно!

— Пришла пора доказывать, что ты не полностью бесполезна как женщина: требую ужин!

— Вот-вот! Женщину вы воспринимаете исключительно как кухарку. Так уж и быть, пожалею тебя, но только если ты согласишься на омлет с овощами — я слишком устала для глобальных проектов.

— Только если он будет с большим количеством мяса.

— Думаю, это мы сможем осуществить. Вези меня на кухню! — скомандовала я. — И не забудь по пути заскочить в супермаркет, запасы, сделанные Мариной, на исходе.

Дальше мы все больше молчали, было ощущение, что сказано уже все, что нужно, и теперь мы боимся наболтать лишнее. Даже когда Олег остался со мной, подключив капельницу, мы молча пялились в телевизор, по которому шло совершенно не увлекательное кино. Я думала, а что творилось в голове мужчины — понятия не имею. Вполне возможно, отключил свой инопланетный мозг или поставил его на перезарядку. Я уже планировала, чем займусь, вернувшись в общагу, и с дрожью нетерпения предвкушала, как отпраздную возвращение свободы.