Дневник Алексея Лашина.

– Что вы об этом думаете?
– посмотрев на подчиненных, спросил я.

Я сидел на своем месте за компьютером, повернувшись к "аудитории". Напротив меня за своими столами сидели Виноградова, Коршунов и Сабина, расположившаяся на месте Соколовой.

Несколько мгновений в компьютерном зале стояла звенящая тишина.

– А не будет ли обратного эффекта?
– Макс посмотрел на меня.
– Он может затаиться.

Я кивнул, соглашаясь.

– Мне тоже приходила в голову эта идея. Но в связи с количеством совершенных покушений, наверное, я соглашусь с Леной. У нас все равно ничего нет на этого поганца.

– Так какой план?

Ирина задумчиво смотрела на нас.

– Алена думает, что ее необычное поведение, так не свойственное девушкам из аристократических семей и "украшение", которое она собирается "засветить" в свете может спровоцировать преступника.

– А разве она еще не засветила его?
– удивилась коллега.

– Нет, - покачал я головой.
– Браслет она заправляла в перчатки.

– Перчатки?

– По этикету, девушка благородных кровей на все светские мероприятия обязана одевать белые лайковые перчатки до локтей, украшенные рюшью, - произнесла юная маркиза.

– Понятно.

– И мы не сможем видеться с ней здесь, - выдал я новую порцию информации.
– Убийца должен думать, что Соколова работает в одиночку.

– Даже не знаю, кому из них двоих больше понадобится защита, - вздохнул Максим.
– Так когда начнется реализация плана?

– Завтра вечером.

Англия, Лондон. XIX век.

Из хроник лондонской газеты 8 сентября 1805 года.

"Мисс Сабина Дерби, дочь маркиза и маркизы Дерби, еще совсем недавно скучная и правильная девушка, так сильно изменившаяся со времени бала в городском особняке его сиятельства семнадцатого герцога Торнтона вовлечена в новый скандал. Как стало известно, юная маркиза весьма раскрепощено вела себя в обществе никому не известного мужчины на светском рауте, который по слухам является ее близким другом и занимает весьма, видное положение в обществе. Светский раут проходил в особняке виконта и виконтессы Дэйвидсон. По словам очевидцев, герцог Торнтон, который, по слухам, вскоре должен сделать мисс Дерби предложение, с негодованием прервал воркование влюбленных. Девушка же, нарушив этикет, покинула общество герцога с незнакомцем и скрылась с ним за дверью. Вернувшись же в зал, маркиза, также, по словам очевидцев, пригласила своего возможного жениха полюбоваться луной. И спустя четверть часа, вернулась с террасы уже одна. Изменившаяся до неузнаваемости девушка, по мнению общества, стала "гвоздем этого сезона".

Джон Голдман, "Светские хроники".

Личные записи герцога Дэмиэна Торнтона.

"Отбросив газету в сторону, я в бессильной ярости ударил кулаком по столу. Проклятье! Я вспомнил насмешливые зеленые глаза. В них не было и капли почтения. Похоже, мисс Дерби задалась целью шокировать все высшее общество. Выставляет меня рогоносцем! И после этого у нее еще хватает наглости поучать меня! Неслыханная дерзость! Вспомнилось то время, когда она боялась поднять взгляд от пола. Тихая, спокойная и покорная моей воле. Что же такого произошло, заставившее девушку так измениться? "Но именно потому, что маркиза стала такой, Вы заинтересовались ею, Ваше сиятельство, - шепнул мне внутренний голос.
– Признайтесь хотя бы самому себе".

Англия, Лондон. XIX век (День седьмой).

Дневник Елены Соколовой.

Проснувшись в уже знакомой мне комнате и открыв глаза, увидела склонившуюся надо мной служанку.

– Сколько времени, София?
– спросила я хриплым спросонья голосом.

– Восемь часов, мисс.

– Зачем ты подняла меня в такую рань?!
– возмутилась я вероломством горничной.

– Так это же...мисс.., - растерялась девушка.
– Сегодня же запланирована прогулка в Гайд - парке.

– ...Эээ...напомни - ка мне, что это такое? Я...запямятовала.

– Ну как же, маркиза, верховая прогулка в Гайд - парке. Вы дали положительный ответ около десяти дней назад.

– Да? Ну если я согласилась...Кстати, София, а матушка едет?

– Нет, мисс. Маркиза неважно себя чувствует.

Услышав это, я, накинув на сорочку розовый пеньюар и захватив рюкзак направилась к двери.

– Мисс, Вы опоздаете!

– Приготовь мне костюм для верховой езды и проследи, чтобы седло было мужское. И еще: пусть запрягут Демона.

– Что?!

Камеристка огромными глазами взирала на меня, думая...да уж, представляю, как это выглядело со стороны. Юная маркиза Дерби, которая не подходила к лошадям на трибушетный выстрел, требует, что бы ей запрягли строптивого жеребца, на которого не каждый опытный наездник рискнет сесть. А я, в отличие от Саби, очень люблю верховую езду. Мои родители, видя такую страсть к лошадям, подарили мне на мой шестой день рождения абонемент в школу верховой езды. Так у меня и появилось это хобби. К тому же, недавние занятия в "Лабиринте" помогли мне вспомнить старые навыки и углубить их.

– Ты меня слышала, - ответила я, отворачиваясь к двери.

Дойдя до комнат "матушки", я глубоко вздохнула и постучала.

– Войдите, - раздался голос.

Отворив дверь, я увидела маркизу, лежащую на кровати. Ее красивые белокурые локоны были распущены. Глаза женщины были прикрыты. Личные покои миссис Дерби отличались от моей комнаты разве что размерами и расцветкой. Отделаны они были в красно - желтой цветовой гамме. В комнате лежал красивый красный ковер, на котором были четко прорисованы линии и дуги, образующие в середине солнце. Вся мебель: столик, комод, софа и стулья имели округлые ножки. Спальня была просторная и очень светлая.