— Полиция! — выкрикнул Карелла. — Откройте.

— Один момент, — сказал мужчина.

Он подошел к двери в пижаме. Было около полудня. Обычная полосатая пижама. Красно-белая. Черные взъерошенные волосы. Карие затуманенные глаза. Торчащая борода на узком лице. Вглядываясь через стеклянную дверь, щурясь от солнца, он сказал по-испански:

— Ваши удостоверения.

— Говори по-английски, — сказал Мейер через стекло.

— Кажите ваш знашки, — произнес человек.

Это означало: "Покажите ваши значки".

Карелла показал свой значок.

— Ты Рамон Эндрос? — спросил он.

— В чем дело? — опять по-испански произнес мужчина, и на его лице отразилось удивление.

— Говори по-английски, — попросил Мейер на этот раз более громко.

— И открой дверь, — сказал Карелла.

Эндрос еще раз взглянул на них, сделал кислое лицо и открыл дверь.

— Чего тебе надо, человек? — поинтересовался он.

Звучало это примерно так: "Шего ты надо, шелок?"

— Можно войти? — спросил Карелла.

Эндрос пожал плечами.

Они прошли мимо него в длинное, узкое помещение, которое оказалось кухней. Раковина, окно, шкафы, плита и слева холодильник, стол и стулья справа от него, радиатор вдоль дальней стены, дверной проем, ведущий в спальню. На кровати сидела молодая девушка. Она была голой. Простыня едва закрывала ее колени, но она и пальцем не шевельнула, чтобы прикрыть себя. Радиоприемник стоял на ночном столике рядом с кроватью и передавал латиноамериканскую мелодию. Девушка так монотонно качала головой в ритме музыки, что можно было усомниться, живое ли она существо.

— Ет плох ремя, шелок, — произнес Эндрос.

Они начали его понимать. То, что он произнес, означало: "Это плохое время, человек".

— Ты не хочешь закрыть дверь? — спросил Карелла.

Эндрос пожал плечами, подошел к двери спальни и закрыл ее.

Испанская музыка стала доноситься чуть глуше.

— Давайте присядем, — предложил Карелла.

Вокруг кухонного стола стояли три стула, по одному с торцов стола и один располагался лицом к стене. Они выдвинули стулья и сели. Эндрос почесывал свои интимные места. В конце концов, это его дом, размышляли они, и он мог делать все, что хочет. У него был вид усталого человека, которого полицейские вынуждали одно и то же повторять бессчетное число раз. Все это он уже проходил... Конечно, проблемы возникали, но он их успешно преодолевал. Итак, Эндрос продолжал почесывать свои интимные места, зевал и ждал.

— Денкер, — произнес Карелла.

Карие глаза вспыхнули.

Только на одно мгновение. Как язык змеи, который ты можешь увидеть в сотую долю секунды, а мгновением позже уже нет. Моментальная вспышка интереса, а затем снова скучное состояние.

— Эндрю Денкер, — сказал Мейер.

— Кто то имя?

Эта фраза означала: "Это имя?"

— Да, это имя, — подтвердил Карелла.

— Ты знаешь его? — спросил Мейер.

— Нет.

— Мы уверены, что ты знаешь это имя.

— Я его не знаю.

— Тогда кто живет в твоей квартире на Левистоне?

— 321, Южный Левистон.

— Квартира 4С.

— Это твоя квартира?

Он сел, наблюдая за ними, и, несмотря на град вопросов, не произнес ни слова.

Наконец он проронил:

— Я не знаю никого по имени Альберт Денкер.

— Эндрю Денкер, — поправил Карелла.

— И такого тоже не знаю.

— Тогда скажи, кто сейчас живет в твоей квартире?

— Я не знаю, о какой квартире вы говорите.

— Разговор идет о квартире, которую ты снимаешь у "Бридж Реалти", — сказал Карелла.

— На срок в один год, — добавил Мейер.

— Начиная с июля прошлого года, сразу после того, как ты вышел из тюрьмы.

Он продолжал смотреть на них.

— Тебе не кажется, что придется пройти с нами? — спросил Мейер.

— Почему мне должно казаться, что мне надо идти с вами?

— Мы думаем, что это необходимо сделать для прояснения данного вопроса, — сказал Карелла.

— Что там еще надо выяснить?

— Похоже, что ты не знаешь о квартире, снятой на твое имя.

— Кто говорит об этом?

— Женщина по имени Шарлотта Кармайкл из "Бридж Реалти". Там, около Калмс-Пойнт-Бридж, Рамон.

— Я не знаю эту даму.

— Хорошо, снимай свою пижаму и переодевайся в свое уличное платье, — предложил Мейер.

— Одну минутку...

— Мы ждем, — заверил его Карелла.

— И вообще, о чем идет разговор?

Он был подобен Дези Арназ, когда она спрашивала: "О чем это вы, Люси?" Но теперь они его прекрасно понимали. Хорошо, когда понимаешь многие вещи без слов.

— Разговор идет о человеке по имени Эндрю Денкер, — терпеливо напомнил Карелла.