— Как связано? Я имею в виду, как связаны обе смерти?

— Миссис Шумахер, — сказал Карелла, — когда мы были здесь в субботу, когда нашли ключ от сейфа в столе вашего мужа, вы сказали, что единственный такой сейф находится в отделении банка "Фёст федерал траст" на Калвер-авеню. Говорили вы это?

— Да, говорила.

— Вы сказали также, что не знаете о существовании депозита в "Юнион Сэйвингс", а ведь как раз название этого банка значилось на конверте. Вы сказали...

— Я до сих пор ничего не знаю об этом.

— Миссис Шумахер! В отделении этого банка действительно есть сейф, зарегистрированный на имя вашего мужа.

Они по-прежнему следили за выражением ее лица. Если она знала, что было в сейфе, если бы теперь отдавала себе отчет в том, что и они знают о содержимом сейфа, то это непременно хоть каким-то образом отразилось бы на ее лице, в ее глазах, что-нибудь да промелькнуло бы. Но — ничего. Так же пусто.

— Я просто поражена, — произнесла она.

— Значит, вы не знали о существовании этого сейфа?

— Нет. С какой бы стати Артуру держать депозит в такой дали от дома? Мы...

— "Юнион Сэйвингс" находится на Уэллингтон-стрит, — сказал Браун. — В трех кварталах от конторы вашего мужа.

— Допустим, но ведь у нас имеется сейф и здесь, дома. Так зачем нам еще один?

— У вас есть какие-нибудь предположения на этот счет? — спросил Карелла.

— Никаких. Артур ничего никогда не скрывал от меня, и в таком случае зачем ему было таить существование другого сейфа где-то там еще? Я думаю... Кстати, а что было в другом сейфе? Вы знаете?

— Миссис Шумахер! — сказал Браун. — Знали ли вы о том, что ваш муж планировал поездку в Европу в конце этого месяца?

— Да, знала.

— Италия и Франция. Так?

— Да. Деловая поездка.

Теперь они подбирались к ней с "теневой" стороны, стараясь выяснить, знала ли она о билетах в сейфе, могла ли видеть их хоть краешком глаза...

— Кажется, двадцать девятого, в Милан? — спросил Браун.

— Да.

— С возвратом из Лиона двенадцатого.

— Да.

— Намеревался ли он лететь с вами?

— Нет. Я же только что сказала: это — деловая поездка.

— А часто он бывал в таких поездках один?

— Да. А что? Вы думаете, что это как-то связано с убийством?

— А вы так не думаете? — спросил Карелла.

— Не вижу никакой связи. Не имеете ли вы в виду... Ах, да я просто не могу взять в толк, как поездка может иметь отношение к...

— Вы уверены, что он собирался лететь один? — перебил Карелла.

— Да, я думаю, что это — так, — сказала она. — Или с кем-нибудь из партнеров.

— Он, возможно, говорил, что летит с партнером?

— Да ничего он не говорил. И вообще я ничего не понимаю. Что вы... — Ее глаза внезапно сузились, она метнула в Кареллу пронзительный взгляд, исполненный подозрения, потом посмотрела так же на Брауна. — В чем дело?

— Госпожа Шумахер, — сказал Карелла, — есть ли у вас основания считать, что ваш муж...

— Да нет! О чем вы?

— А вот о чем: могли ли бы вы предположить, что он летит не один?

— Да что за чушь вы городите?

Так они очутились на распутье. А йога говорит: если ты оказался на распутье, преодолей его. Иди дальше.

Карелла мельком взглянул на Брауна, тот незаметно кивнул ему, беззвучно умоляя жать до конца и принять на себя первый удар. Глаза Кареллы ответили согласием.

— Миссис Шумахер, — сказал он, — когда мы были здесь в прошлый раз, вы говорили нам, что ваш муж... не был связан с другой женщиной. Было такое впечатление, что вы совершенно уверены в этом.

— А это так и есть. Не был. Или вы хотите сказать, что...

— Теперь у нас есть доказательства того, что он действительно имел связь с другой особой.

— Что? Что вы сказали?!

— Есть улики, подтверждающие его близость с Сьюзен Брауэр.

Они оба напряглись, ожидая, какая реакция будет вызвана этим разоблачением. Смотрели на нее в оба. На ее глаза, лицо, руки, на все. Они выложили свой главный козырь. Если ей было известно об этой интрижке...

— Его близость с ней? — спросила она. — Что значит — близость?

— Интимная, — уточнил Карелла.