Как быть в этой ситуации?

Костя сказал: в этом кафе — один небольшой зал. То есть, войди кто в него, сразу увидит всех посетителей.

Если Вера приехала в выбранное нами кафе случайно, что она сделает, увидев здесь нас с Костей?

А если она приехала не случайно? Например, выследила Костю, решив поговорить с ним. Это ведь ей легко — она-то знает место стройки, где он работает. А Костя мог не заметить, что она следует за ним — в потоке машин, когда приходится следить за движением на дороге, да ещё дождь…

Прислушавшись к себе, я поняла, что мне хочется сделать одновременно две противоречивые вещи: сбежать — и всё-таки увидеть Костю.

Перевесило другое. Костя устал. Если возникнет скандал, в чём теперь я совершенно не сомневалась, он попортит себе нервы, не сможет нормально поесть и опоздает на работу.

Поприкидывав, я сообразила, что надо делать. Отойдя вглубь навеса, поставила сумку на скамейку и вынула мобильный телефон. Нажала кнопку «быстрого звонка».

Дождавшись, когда гудки вызова закончатся, я взволнованно закричала, не давая Косте заговорить:

— Костя, я не смогу сегодня прийти!

— … Почему? — после паузы спросил он.

— Вышла на улицу, а тут — ветер! Зонт сломала! А без зонта — никак! У нас такой страшенный ливень начался!

Про ливень он поверит. В разных частях города всяко бывает: он сам вчера приехал на мокрой машине в абсолютно сухое место нашей встречи.

— Хорошо, что предупредила. Тогда до завтра!

— Конечно. Поесть не забудь! Вечером позвонишь?

— Как всегда.

В голосе, когда он произносил последние слова, я услышала улыбку. И улыбнулась сама. Выкрутилась! Надеюсь, эта белая стерва даст ему поесть спокойно… Интересно, расскажет ли он вечером про эту нежеланную встречу? Или постарается не расстраивать меня?… От последнего предположения я снова улыбнулась…

А… А вдруг они не встретились?

Подошёл троллейбус. Мне надо было в другую сторону, но у этого маршрута здесь недалеко конечная. Так что потом он всё равно поедет в мою сторону. Я прыгнула в задний салон, пока хлынувший дождь (вот уж точно накаркала!) не промочил меня. Прижавшись к поручню, вытащила транспортную карту и получила билет. В уголке потолок троллейбуса не протекал, как было в иных машинах. Я вздохнула с сожалением. Так, Кости не увижу до завтра…

Уже в подъезде своего дома, медленно поднимаясь по лестнице, я внезапно подумала: «Он там — я здесь. Но я здесь одна. А он — с этой…»

И что-то вдруг стало так плохо, так мутно, что пришлось подойти к подъездному подоконнику и некоторое время смотреть, не видя, на улицу. Наконец, я успокоилась и вздохнула. Хватит. Надо бы дойти до квартиры, переодеться в сухое и подумать насчёт того, чтобы чуть позже выйти в ремонтную мастерскую, где мне починят зонт.

Но двигаться не хотелось. Хотя замёрзшие, промокшие ноги постепенно теряли чувствительность. А пальцы застыли так, что надо бы их уже сейчас растереть хорошенько… Хотелось хотя бы в воображении увидеть, что сейчас происходит в зале кафе. Хотя… Я снова посмотрела на мобильник. Всё. Время Кости прошло, он уже едет на работу… Но почему мне так тяжело?

Горячечным теплом запылало лицо. Ничего себе… Это я так… ревную? Но к чему ревновать Костю? Я посмотрела на двигающиеся внизу на дороге машины, которые серыми веерами разбрызгивали бегущую по асфальту воду… К тому, что он остался там не со мной, а с нею. Хотя последнее и под вопросом. Поэтому, скорее, я ревную к тому, что видит его она, а не я.

Глаза потеплели от подступивших слёз.

Спас от злого плача, как водится, звонок телефона.

— Алёна, ты сейчас дома будешь? — спросил Женя.

— Буду, — мрачно сказала я.

— Ну и прекрасно. Я сейчас тебе привезу фотографии выставки, посидим, подумаем над расположением картин. Ты паспарту для рисунков видела?

— Видела.

— И как они тебе? Алёна. У меня впечатление, что ты не дома.

— Почти дома. Я в подъезде.

— Что с голосом?

— Злюсь. Не на тебя. На себя.

— Нам работать надо, — невозмутимо сказал Женька, — а ты позволяешь себе такую роскошь, как злиться. Причём чувствую, что зря.

— Наверное, ты прав.

— В общем, жди. Сейчас буду.

Делать нечего. Надо подниматься на свой этаж, готовиться к приходу гостей.

И, лишь стоя у двери к себе, я подумала: «Жень, спасибо — выручил. Я и правда бы долго думала о пустом, ненужном, а тут — ты…»

Жизнь есть жизнь. Только сосредоточишься на себе, а она возьмёт и подсунет тебе какое-нибудь дело… Только я успела переступить порог и нагнуться снять просыревшую насквозь обувку, как в прихожей появилась мама и с улыбкой сообщила, что Михаил сидит в моей комнате и пьёт чай. Последнее привело к тому, что я начала лихорадочно вспоминать, есть ли у меня сканы, которые он сможет мне продиктовать, пока у него есть время…