Надежда, увидев у себя на скамейке Вику, широким жестом стерла пот с верхней губы, одернула подол халата и решительно села рядом.

– Ну, здравствуй, Вика, - спокойно проговорила она.

– Здрасьте! – сквозь зубы ответила Вика.

– Ты что же, к Любке?

– Можно и Любку повидать, - пожала плечами Викуля.

– А на что она тебе?

Вика молчала. Надежда покачала головой.

– Иди, мам, мы поговорим, - вдруг из-за калитки сказала Любка.

Она на самом деле видела, как Викуля подъехала к их дому, но ни за что не вышла бы к ней, если б не мать. От неожиданного появления Любки вздрогнули и Надежда и Вика.

– Мам, иди, говорю, - раздраженно повторила Любка, и, отворив калитку, прошла вдоль скамейки и встала напротив Викули, скрестив руки на груди и готовясь выслушать ее по возможности спокойно.

Надежда послушно поднялась и молча удалилась.

– Ну, и че? – спросила Любка, когда мать ушла в дом.

– Закурить есть? – не глядя на Любку, спросила Вика.

– Не курю, - с улыбкой, нараспев проговорила Люба, - мужчины курящих не любят.

Вика исподлобья зло глянула на нее и прошипела: «Тебе не грозит!».

– Да уж… Любят-то они тебя, только что-то женятся все на других, - ответила Любка, чувствуя, как задрожали руки.

– Ты сучка борзая стала, да? – Вика поднялась и посмотрела на Любку сверху вниз.

Любка вообще была коротышкой, даже младшая сестра Нюрка была уже выше ее почти на голову, но сейчас она чувствовала себя совсем мизерной.

– И че? – только и могла спросить она.

– А ни че! – Вика наклонилась и посмотрела Любке в глаза, - Борзеть рано ты начала, я смотрю!

– Ну и че ты мне сделаешь?

– Рожу твою править буду… Красоту наводить.

– Ну попробуй. Я тебя не боюсь, - твердо проговорила Любка.

– Слышь, бабы, разойдись! – вдруг гаркнул из-за калитки Пашка и в ту же секунду оказался рядом.

– Пашка, свали! – махнула на него Вика.

– Ну че, тебя мать прислала? – недовольно поморщилась Любка.

– Я щас от вам обеим как свалю! – Пашка показал Вике свой огромный кулак, - Разойдись подобру, а то будет по худу!

– Без тебя обойдемся, слышь? – Вика резко развернулась и точно так же, как смотрела на Любку, уставилась на Пашку.

Пашка покачал головой, развернул на сто восемьдесят градусов Викулю и подтолкнул ее к велосипеду.

Руки убери! – закричала Вика.

Иди, иди… - проговорил уже себе под нос Пашка, - а то провожу…

Мы с тобой еще договорим, Любка, - прошипела Викуля.

Ты тоже давай, - Пашка подтолкнул Любку к дому.

***

Днем Ася снова пришла к Семеновым. Любка была дома. Подруги уселись на крыльце и долго молчали.

– Чего-то столько всего стряслось, что не знаешь, о чем и говорить-то. – усмехнулась Ася.

– А чего говорить – то? – махнула рукой Любка. – Все и так ясно.

– Да вот не все. Ты говори, давай, что там у вас с Роськой.

– Блин. Я тебе утром сказала – ничего. У него просто случилось откровение, что я не изменяла ему и всего-то. Ну и что Викуля – сучка драная.

– Любк, - ну нельзя было сразу по-человечески с ним поговорить?

– Чего он сам маленький? Как дурачок верит всему.… А мне, кстати, не поверил. За что и вляпался по самое…

– Любка! – перебила ее Ася. – Вы оба с ним дурачки какие-то! Детский сад, штаны на лямках! Одна королева не могла поговорить по-нормальному, другой спросить не мог.

– А он спрашивал.

– Когда?

– Тогда… – Любка тряхнула головой. – Только он меня заранее обвинил, и прощать не собирался.… А я так понимаю, что если уж любишь, то прощать надо. А так – это только Викуле пойдет.

– Ты что-то собираешь все подряд.… Ведь понятно, что вы любите друг дружку... И тебе понятно, что Роська тебя любит… Чего еще надо вам…

– А, Аська… Я сама не пойму иногда…

– Да ну вас – отмахнулась Ася.

– Куда он покатил-то?

– В Тверь. Он вообще-то собирался там с Андрюхой вашим работать, вот, думаю, туда…

– Ладно. Пусть поработает. Потом с ним разберемся, если к тому времени меня Викуля не придушит темным вечерком. Она же приходила уже ко мне.