Минута — и на мшистую мягкую землю, звякнув, сверху падают «кошки». Ремнями привязываю их к сапогам и тоже лезу. Нехитрая техника: ударом ноги вгоняешь стальную шпору в березовый ствол и, опираясь на этот не очень надежный зацеп, то же самое делаешь правой ногой. В конце пути обливаюсь потом от напряжения и от страха полететь вниз. Кажется, влез на башню в Останкине, а всего-то до лежащего на траве рюкзака метров пятнадцать. На веревке тянем и рюкзак кверху. Теперь все с нами — еда, объективы и фотопленка. Часа четыре будем сидеть в камышовом «скворечнике», сооруженном Володей (с восхищением думаю о его верхолазной работе), в двадцати метрах от гнезда черного аиста.

Редкий случай понаблюдать редкую боязливую птицу. Черный аист в отличие от близкого родича — белого аиста — покровительства человека не ищет. Наоборот, гнезда его всегда за семью печатями непролазного леса, болотистых топей и ненарушенной тишины.

У птицы скрытая, молчаливая жизнь. Увидеть снизу гнездо — уже большая удача. Тут же семейная тайна птицы как на ладони. Пять возмужавших птенцов разминаются после ночи. Им уже тесновато в гнезде: один поднялся на ноги, расправил крылья — другому надо присесть.

Володя точно знает день их рождения. Он снимал вылупление аистят из яиц. Видел, как мать заботливо укрывала их крыльями от дождя и от солнца, а родитель носил еду. Сначала это был мягкий лакомый корм: пиявки, черви, мелкая рыба. Один из птенцов как будто не понимал, что надо делать с этой отрыгнутой из отцовского зоба добычей. Мать научила: раздругой клювом пригнула головку к еде, и дело пошло на лад. Сейчас все пятеро жадно поглощают ужей, лягушек, довольно крупную рыбу и все живое, что можно добыть в окрестных болотах и в пойме Березины. Отец в одиночку уже не в силах кормить семейство. Родители улетают охотиться вместе.

А дети взрослеют. Мы видим их на сорок втором дне жизни. Грязновато-белый пух на теле уступает место быстро растущим перьям. Неделя-другая — пять птенцов превратятся в черных таинственных птиц и в первых числах июля рискнут попробовать крылья.

Черный аист — птица, живущая на обширных пространствах земли. (У нас — в южной зоне страны от Балтики до Сахалина). Но всюду аист до крайности редок. Число его гнезд год от года сокращается по причине осушения болот и всякой другой хозяйственной деятельности, даже человеческий голос в привычной для птицы глуши может заставить ее покинуть гнездо.

Брэм полагал, что в жизни черного аиста все понятно и ясно. Считалось: от белого аиста черного отличает лишь нелюдимость. Однако теперь, когда аист «залетел» в знаменитую Красную книгу исчезающих птиц, мы узнаем, что многое в жизни его неясно и неизвестно.

Предписано изучать птицу, брать под охрану каждое ее гнездо. В Березинском заповеднике учтено девять гнезд. Одно из них взято под особый надзор. Через три-четыре дня возле этих берез появляется фотограф-кинооператор Владимир Безруков. Выбрав момент, когда родители-аисты улетели, он быстро поднимается в свой «скворечник» и часами наблюдает подробности жизни в гнезде.

…Чтобы спуститься вниз, мы опять выбираем момент, когда старики улетают за кормом, и по болотным кочкам, по зарослям папоротника и рогоза удаляемся от гнезда. Над озером в пойме Березины видим большую, спокойно парящую птицу. Это один из наших знакомых.

Осторожность ли наблюдателя тому причина или редкая для черных аистов терпимость, но близкое и частое присутствие у гнезда человека этим летом не помешало птицам продлить свой род. А человек узнал, возможно, кое-что новое из жизни таинственной, всегда сторонящейся его птицы.

Первым в скрад на березе лезет Володя.

Аистята.

Фото автора. Березинский заповедник.

 8 июля 1979 г.

Трое этих людей следят за полетом черного коршуна. Четыре часа назад пойманной птице на крайнее хвостовое перо нейлоновой ниткой и эпоксидной смолой укрепили крошечный передатчик. И теперь коршун, куда бы ни полетел, дает о себе знать. Если за птицей следить с двух точек, можно ее пеленговать. А нанося на лесную карту передвижение птицы, многое можно узнать: как рано улетает с гнезда на охоту, какие места угодий предпочитает, как часто бросается на добычу и носит пищу к гнезду, где отдыхает, как велика охотничья территория птицы, где находит убежище, если ее потревожат, и так далее.

Нетрудно представить, что меченой может быть любая другая птица, жизнь которой интересует биологов, а также, например, волк, олень, соболь, лось, медведь, кит, черепаха. Все, что ранее, ускользая из поля зрения наблюдателя, растворялось в пространстве, теперь становится видимым.

Впервые радиослежение за животными было использовано в 60-х годах. Отцом его является американец Уильям Кокран. Им разработана методика наблюдений, а также портативные переносные радиостанции и передатчики, надеваемые на животных с ошейником или совсем небольшие (весом в четыре-пять граммов) для оснащения птиц.