Аврора поторчала возле Александра и незаметно отошла в сторону, чтобы в гордом одиночестве насладиться триумфом. И тут появился Степан. Он направился к Авроре, по дороге прихватив Жанну, встал и зорко осмотрел Аврору с ног до головы.

— Ну, что ж, выглядишь — не придраться! — заявил он, вызвав неудовольствие Жанны. — Твой миллиардер? — Он кивнул на Олега.

— Мой, — признала Аврора.

— Я всегда тебе говорил, — обратился он к Жанне. — А где твой шоумен? Жанна тут завела себе хлыща в красном бархатном пиджаке…

— Папа! — воскликнула Жанна. — Ну, сколько можно вспоминать этот злосчастный пиджак?

— В общем, скользкий тип — все время улыбается, — продолжал Степан. — Жанк, пора и тебе простого приличного миллиардера в дом привести, а то лишу наследства.

— Понятно, — буркнула Жанна, вырвалась из отеческих объятий и вышла из комнаты.

— Степа, вот мне интересно, почему ты всегда всех стравливаешь? — спросила Аврора. — Что за дурацкая привычка?

— Знаешь, а так сразу все проявляются, — признался Степан. — Ясно сразу, кто чего стоит.

— Очень интересно! — восхитилась Аврора. — Просто новая стратегия экономического развития. И во сколько ты меня оцениваешь? Так, стартовая цена…

— Тут главное, во сколько ты сама себя оцениваешь. А вот это проще всего узнать, если нажать на больное. И тогда не на меня надо злиться, а на себя.

— Просто бои без правил… — вздохнула Аврора.

— А как же! — оскалился Степан. — Ты думала, я по правилам со своим образованием и родителями-алкашами стал бы владельцем трех заводов?

— Вообще-то не исключено. — Аврора развела руками.

Ужин прошел довольно мирно: Жанна усадила Олега рядом с собой и пыталась его окрутить.

— А вот мне интересно… — сказал Олег, уставившись на пышную грудь Жанны, которую та усиленно ему подсовывала. — Силиконовая грудь теряет чувствительность?

— Оригинальный вопрос, — насупилась Жанна. — Я спрашивала у знакомых — они говорят, что нет. А у вас что, не было ни одной женщины с имплантатами?

— Были, — усмехнулся Олег. — Но они все оказались совершенно бесчувственными — и внешне, и внутренне.

Жанна помрачнела и попыталась перевести разговор, но Олег уперся и довольно долго и нудно рассуждал на тему, что, по его мнению, ощущает женщина с силиконовыми губами. После того как Жанна с трудом от него отвязалась, он повернулся к соседке справа и завел с ней громкую увлекательную беседу — соседка, к восторгу Авроры, все время хохотала, а Жанна с недовольством поглядывала на Олега.

А сама Аврора пропала. Она сидела рядом с молодым человеком по имени Никита, и этот Никита… Он был режиссер — снимал рекламу, у него была собственная фирма, и он был потрясающий. Милый. Смешной. Красивый. С такими… плечами. Не то чтобы записной красавчик или Мистер Успех — его контора не была ни особенно знаменитой, ни замечательно успешной, но… Она даже удивилась его присутствию на празднестве — думала, Жанна приглашает только тех, кто состоит в негласном перечне «самые богатые знаменитости России». Но, оказалось, нет. Может, она тоже человек? Аврора уже не могла понять, что у нее на тарелке — то ли телятина, то ли дорадо. Ей так хотелось произвести на Никиту впечатление, только она не знала, как это сделать с учетом того, что она вроде как девушка Олега. А Никита был вежлив, и не то чтобы в восторге от их знакомства. Во всяком случае, глаза у него не блестели.

— А это твой парень? — спросил Никита, указав на миллиардера.

— Если я тебе все расскажу, мне придется тебя убить. — Аврора сделала печальное лицо.

И еще ей было неловко за то, что Никита одет по-человечески — в стильный молодежный пиджак на майку с аппликацией и в джинсы. А она — разодетая, как фря, с прической, макияжем, на шпильках — и еще в придачу норковая шуба и миллиардер. Ужас! Что он о ней подумает?

— Я готов, — сказал Никита. — Смерть меня не страшит.

— Ну, тогда ты обещаешь позвонить мне и пригласить на ужин, — ляпнула Аврора и сама испугалась.

«Может, быстро его околдовать?» — в панике подумала она.

— С удовольствием, — улыбнулся он. — Если, конечно, мне за это не переломают руки. Я не трус, просто я руками работаю.

— Ладно, уговорю ограничиться ногами, — пообещала сердобольная Аврора. — В общем, после того как Жанна увела любовь всей моей жизни, а я ей за это сломала нос…

Никита расхохотался:

— Ты сломала ей нос?

— Случайно! — Аврора подняла вверх указательный палец. — Я членовредительства не планировала! Но скажем так, наши отношения осложнились. С нескрываемой радостью моя возлюбленная сестра указывала мне на мои ошибки, постоянно сравнивала нас — в свою пользу, естественно, и всячески старалась меня убедить, что я — полное ничтожество.